— Чем еще удивите? — продолжал он улыбаться, глядя на меня.
— Есть некоторые разработки. Кстати, как у тебя дела?
— Да… — несколько запнулся Игорь. — Чё рассказывать? Сижу на пособии. Пописываю разное. Вот опубликовал уже третью книгу.
— Ну! — удивился я.
— Увы, читают мало, — смутился он, стараясь сохранить улыбку.
Игорь в то же время, что и я, закончил университет. Он учился на шведском. Проработав пару лет в одном из переводческих бюро, он вынужден был уйти из-за того, что в жизнь вошли программы-переводчики. Устроиться ни со шведским, ни с английским, который был у него вторым языком во время обучения и который он знал не хуже шведского, он уже нигде не смог. Он начал писать. То, что он писал, было интересно, но все же слишком умно для широкого читателя, которого больше интересовали простые по содержанию и короткие произведения — желательно в виде комиксов, поэтому популярности он не снискал. Писать бестселлеры, а вернее «чтиво» под публику он не умел.
— Как Люба? — спросил Игорь.
— Да, как?… Ездит с концертами, — несколько смутившись, пожал я плечами. — А я у себя в технополисе с утра до вечера. Так и живем.
— Эх, — погладил ладонью затылок Игорь, давая понять, что он догадывается, что между нами происходит, и сочувствует нам. — Ну ладно, ты скажи, скоро твои машины тебя смогут заменить? — улыбнулся он, отпивая из бокала.
— Игореха, — усмехнулся я в ответ, делая очередной глубокий глоток прохладного терпкого пива, — когда они меня заменят, то боюсь, что не только мне, но и всему человечеству останется жить недолго. Надеюсь, что, если это и случится, то не скоро. Хотя, честно говоря, все это развивается в таком темпе, что даже меня удивляет. Есть уже такие экземпляры, что… что, знаешь, иногда у меня самого голова идет кругом.
— Да ну! Неужели? — улыбаясь, поглядел на меня Игорь широко раскрытыми глазами.
— Я те говорю, — отпил я еще пива, глядя на друга и кивая в ответ. — Представь себе, что одна наша последняя разработка просто ошарашила меня своими выводами. Она такое выдала, что я даже не знаю, что с этим делать.
— Хм, — усмехнулся Игорь. — И что же такое она выдала?
— Игорь! Я тебе этого сказать не могу, — улыбнулся я.
— Неужели это такая тайна, что только с искусственным интеллектом об этом и можно говорить? — рассмеялся он.
— Вот представь себе! — ответил я.
— Да ну, ты меня разыгрываешь, — продолжал улыбаться Игорь.
— Если бы, — посмотрел я на него уже более серьезно.
— Не поверю, — откинулся Игорь на спинку кресла.
— Слушай! — начал я, взяв салфетку и ногтем написав на ней «он». Но чуть подумав, я направил свой указательный палец вверх и беззвучно выартикулировал: «с-у-щ-е-с-т-в-у-е-т».
— Да ладно, — рассмеялся Игорь. — И это такая тайна?
— Если бы не заказчик, я бы вообще не парился, но заказчик-то Академия наук!
— Ха, ха!!! — громко начал смеяться Игорь и никак не мог престать. Я засмеялся вместе с ним.
— Ну, тебе-то смешно, а мне что делать? — наконец-то успокоился я, но все еще продолжал улыбаться.
— Да уж точно незадача, — улыбался Игорь. — И что ты на это?
— Видишь ли, я сначала думал, что хватит выслушать аргументы и, найдя ошибку в логических суждениях, переубедить наш ИИ, но эта машина оперирует такими научными данными, так их укладывает и делает такие выводы, что с ней трудно не согласиться, а уж тем более что-либо противопоставить. Мало того, слушая ее, я сам удивляюсь, как мы до этого не додумались? Все так логично и одновременно просто. Но, с другой стороны, я этого не могу оставить просто так, — пожал я плечами, — ведь нам в ближайшее время ее нужно передать заказчику, а я ума не приложу, что с ней делать.
— Интересно, что она приводит в качестве аргументов и как она это доказывает?
— Слушай, это разговор не на пару минут. Это может занять часа два как минимум.
— Хм… Да уж, — усмехнулся Игорь, почесывая затылок и покачивая головой. — Слушай, извини, конечно, что я лезу в твою вотчину, но ведь, насколько я знаю, искусственный интеллект действует на основе определенных алгоритмов. Что же мешает исправить этот алгоритм?
— Игорь, если бы этот интеллект был из предыдущего поколения процессоров с бинарными кодами, то можно бы было действительно переписать алгоритмы и все было бы гут, но это квантовый процессор и он работает на совершенно иных принципах. Он как раз и был создан для того, чтобы обрабатывать и анализировать огромную массу научных данных, которые публикуются десятками каждый день по всему миру. Конечно, можно бы было все списать на фазовый шум…
— На что?
— А… долго объяснять, — махнул я рукой, — но все равно такую машину отдавать нельзя, поэтому я ума не приложу, что с этим можно сделать.