«Вероятность случайной встречи в городе с населением 8,4 миллиона человек составляет приблизительно 0,00043%», — промелькнуло у неё в голове автоматически. Статистическая аномалия.
Он медленно опустил книгу и сделал шаг навстречу.
—Доктор Браун.
— Мистер Уилсон.
Неловкое молчание повисло между ними, наполненное гулом магазинной музыки и памятью об их последнем разговоре.
— Я… не знала, что вы читаете поэзию. — наконец произнесла она, просто чтобы нарушить тишину. Вопрос был бессмысленным, социальная условность.
Он взглянул на книгу в своей руке, как бы забыв о её существовании.
— Пытаюсь расширить горизонты. Ищу… новые паттерны. Оказывается, некоторые вещи нельзя передать через визуальный образ. Требуются слова.
Его ответ был лишён привычного пафоса. Он звучал искренне.
— Понятно. — сказала Шарлотта, чувствуя, как знакомое напряжение возвращается в её плечи. Но это было иное напряжение. Не раздражение, а настороженность. Он был не тем, кого она ожидала увидеть.
— А вы? — он кивнул в сторону её раздела. — Нашли что-то, что можно разложить на молекулы и электрические импульсы?
— Надеюсь, что да. Это моя работа.
— Да. — он тихо вздохнул. — Ваша работа. Ваш порядок.
Он снова посмотрел на неё, и в его глазах было что-то, чего она не могла классифицировать. Не флирт, не вызов. Что-то более глубокое. Почти… уважение.
— Я подумал над вашими словами. — сказал он неожиданно. — О том, что я ищу подтверждения своей самооценки в чужих глазах. Вы были правы.
Её это поразило. Признание ошибки не вписывалось в его поведенческую модель. Это была новая, непредвиденная переменная.
— Люди способны к рефлексии и изменению. — ответила она, звуча более академично, чем хотелось бы. — Это признак развитого интеллекта.
Уголки его губ дрогнули в чём-то, отдалённо напоминающем улыбку, но без прежней снисходительности.
—Спасибо. Я полагаю, это комплимент, исходящий от вас.
Он помолчал, словно взвешивая следующие слова.
—Я так же думал о том, что сказал вам. Одинокое открытие.
Сердце Шарлотты пропустило удар. Она не ожидала, что он вернётся к этому.
— И? — спросила она, её голос звучал ровно, но внутри всё замерло.
— И я всё ещё считаю, что вы ошибаетесь, — тихо сказал он. — Но я понял, что не имею права вас в этом переубеждать. Это ваш путь. Ваш выбор. И его нужно уважать.
Это было последнее, чего она ожидала от него. Уважение к её границам. К её решению. Не попытка штурмовать крепость, а признание её права на существование.
Он отступил на шаг.
—Мне не стоит вас задерживать. Уверен, у вас есть более важные дела.
Он повернулся, чтобы уйти. И в этот момент Шарлотта почувствовала нечто странное. Острую, стремительную вспышку паники. Ощущение, что если он уйдёт сейчас, то дверь закроется навсегда. И на этот раз по её собственной вине.
— Льюис.
Он остановился, поражённый. Она никогда не называла его по имени.
Она стояла, сжимая в руках толстый научный журнал, как щит. Её разум лихорадочно искал логическое обоснование, причину, по которой она его остановила, и не находил ничего, кроме тихого, навязчивого голоса, шепчущего о пустом кресле и одиноких открытиях.
— Данные… — начала она, и её голос дрогнул. Она сделала паузу, чтобы взять себя в руки. — Данные могут быть интерпретированы по-разному. Возможно… Возможно, я была слишком поспешна в некоторых своих выводах.
Он медленно повернулся. В его глазах не было торжества. Только надежда. Осторожная и неуверенная.
— Это значит, что вы допускаете вероятность ошибки? — спросил он так же тихо.
— Я учёный, — ответила Шарлотта, глядя прямо на него. — Я всегда допускаю вероятность ошибки. Это основа научного метода.
Они смотрели друг на друга через пространство, разделявшее научную и художественную литературу. Два разных мира. Две разные парадигмы.
— Может быть, — сказал он, — нам стоит собрать больше данных?
И впервые за долгие месяцы Шарлотта Браун позволила углу своих губ дрогнуть в чём-то, что почти, совсем почти, было улыбкой.
— Это… звучит рационально, — согласилась она.
Глава 9. Протокол для сердца
Логическая ошибка №9: Попытка применить системный анализ к нелинейной системе.