- Вот и всё. Полюбились и хватит – глухо пробормотал он и откинулся на спину.
Под привычной личиной он проходил все послевоенные годы. Хватило пары-тройки брезгливо-испуганных женских взглядов, чтобы домой он вернулся с амулетом, изменившим внешность. Альфу должны уважать, а не насмехаться или бояться. И как обидно, что иллюзия спала именно сейчас, перед той женщиной, презрение и отвращение которой ему будет очень сложно перенести. Вик попытался распустить волосы, чтобы Лиса не слишком перепугалась, но причёска мало спасала ситуацию. Оборотень медленно брёл к избушке, стараясь растянуть время и приблизить темноту.
Лиса, заслышав тяжёлые мужские шаги, выскочила встречать Вика. Сегодня он припозднился, уже темнело, и Марика, набегавшись за день, попросилась спать.
- Ну и что сегодня принёс наш добытчик – весело защебетала она.
- Держи.
Ей протянули тушку привычного баника, но мужчина не торопился войти в дом, а резко повернулся, направляясь к колодцу.
- Вик, ты куда? У нас есть вода. Ты много натаскал перед уходом.
Лиса протянула руку и коснулась ставших каменными плеч Виктора.
- Что ж, будь по-твоему – обречённо прошептал он и резко обернулся.
Лису поразила тоска и какая-то больная покорность в его взгляде. Мужчина словно ожидал чего-то очень неприятного, но отчаялся избежать этого.
- Вик, что произошло? – испуганно прошептала Лиса.
Она сделала шаг вперёд и нежно прижалась к большому телу, веря, что он защитит её от любой опасности.
- Лиса, прекрати!!! - Вик оттолкнул её и сорвался на крик – Не стоит делать вид, что ты не замечаешь моего безобразного лица! Мне не нужна твоя жалость!
Лиса виновато опустила голову. Кажется, пришла пора каяться.
А он, заметив её понурый вид, резко повернулся и зашагал прочь.
- Вик, постой! Пожалуйста! Прости меня!
Женщина бросилась следом, почти запрыгнула на ликана, стараясь остановить, удержать. Крепко-крепко прижалась щекой к его мощной спине и быстро, давясь словами, заговорила.
- Прости… пожалуйста. Помнишь, ты очень удивлялся, почему именно меня притащил к вам Абсент? Чем я так уж хороша, что по мнению мага, подойду в няньки Марике?
- А при чём тут это, женщина?
Виктор поневоле остановился, прислушиваясь к словам Лисы.
- Ну, ведь во мне действительно нет ничего особенного. Я – не воительница, не маг, не огромный охранник… Но, как выяснилось ещё на Земле, могу видеть сквозь ваши чёртовы иллюзии! Абсент понял это в первые же минуты нашего знакомства, когда я увидела его у себя в магазине. А на нём была иллюзия невидимости. И тогда, на кухне, я заорала не из-за того, что увидела, как поварёнок пытался отравить торт, а потому что в отражении был Робби, а передо мной посторонний мужик!
Она так торопилась выговориться, что не замечала, как слёзы впитываются в рубашку альфы, не понимала, что её всхлипывания коверкают половину слов.
Виктор осторожно повернул к себе свою виноватую женщину и недоверчиво спросил:
- То есть ты с первого же дня видела меня таким, какой я есть?! Со всеми шрамами и отметинами?
- Да… прости меня, пожалуйста!
Она боялась поднять глаза, опасаясь увидеть холодный враждебный взгляд. Вик аккуратно взял её за подбородок, заставляя посмотреть на себя.
- И тебе не было противно? Видя мой истинный облик, ты позволяла себя целовать? Смотрела так, словно хочешь меня? Гладила мою спину, не обращая внимания на шрамы?
Его голос срывался от переполняющих эмоций, а взгляд метался по женскому лицу в поисках привычного отвращения или даже страха.
- Противно? Что за глупости? Ну, да, есть шрам. И что? Ты же воин! Многое пережил, вряд ли во время битв эта ваша Богиня над тобой зонтик держала!
Голос Лисы звучал совершенно искренно, а в глазах, кроме чувства вины за скрытый дар, не было лжи и притворства.
- Вик, прости моё молчание… Я как-то не подумала, как это может выглядеть, честно! Сначала Абсент предложил молчать, чтобы не привлекать внимания посторонних, а потом как-то всё закрутилось… Да и обижена я была на тебя.
Она бормотала извинения, не замечая, как мужские руки притягивают всё ближе и ближе, наконец рискнула оторвать взгляд от его груди и посмотреть Вику в лицо. И восхищённо заметила, как глаза из ледяных становятся тёплыми и оранжевеют, а тело её окутывает жар и пряный аромат разгорячённого мужского тела. И это так заводило, что ноги подгибались, заставляя ухватиться за мужскую рубашку. Она задела ногтем крепкий мужской сосок и ощутила, что от нечаянного движения её собственные твердеют и ноют от желания. Сама не понимая, что делает, мягкими кошачьими движениями потёрлась о грубую ткань рубашки. Не помогло. Тогда самовольные руки потянули мешающее полотно вверх, Вик вздрогнул и окаменел. Открывшаяся кожа груди с перекатывающимися мышцами напрочь снесла мозг, и женщина, облизав ставшие вдруг сухими губы, высунула кончик языка и лизнула так манящую её мужскую грудь. Это стало спусковым курком для оборотня. И пара с упоением вступила в вечный танец страсти.