– Людей?!
– Не кричите, – поспешил я успокоить Андрея. – Колбасу из хомо сапиенсов там не делают и в консервы не закатывают. Но факта не отменяет.
Я положил перед ним флешку.
– Просвещайтесь. Сами. Смотрите, читайте, делайте выводы.
Андрей смотрел на флешку, не решаясь взять ее.
– Вот это и есть реальный адреналин и щекотание нервишек, – с усмешкой сказал я. – А не то, чем вы занимались до этого с подобными целями. Берите, не тушуйтесь! Вам терять уже нечего. Вы вляпались в КУБ по полной.
Он все же взял флешку и убрал в карман.
– Это результат моей работы. Там видео, таблицы, графики, кое-какая скачанная информация с их серверов. А на днях я вам пришлю еще кое-что. Это будет видео. Страшное. Но можете не смотреть, хотя и желательно глянуть одним глазом. Главное, что это будет вам сигналом начать атаку на КУБ. Как только получите от меня видеофайл, спустя сутки можете начинать.
– Когда приблизительно?
– Через пару дней. Если от меня не будет вестей в течение недели, то значит меня нет в живых. Начнете операцию сами. И еще одно, – я поднялся из-за столика, собираясь уходить. – Есть просьба. Настоятельная. Когда сегодня посмотрите содержимое флешки и отойдете от увиденного, займитесь изготовлением чего-то вроде фильма. Чтобы было не очень долго, минут на десять-пятнадцать, но очень жутко. Рекомендую сделать акцент на пропавших без вести людях, которые сейчас находятся на этой живодерне.
– Так это все же не метафора?
– Нет. Это жуткая реальность. Посмотрите – поймете сами. А потом это кино нужно распространить максимально широко. Экстази мне говорил, что подобное возможно. Чтобы фильм веером разлетелся по соцсетям, торрент-трекерам, телеграм-каналам и видеохостингам. Пожалуйста не откладывайте в долгий ящик, вирус и фильм должны выстрелить если не одновременно, то очень близко по срокам. Сначала – вирус, потом – фильм. Все понятно? Спрашивайте сейчас, мы можем больше не увидеться.
– Да. Я понял.
– Ну, тогда мне пора. У меня самолет через два часа.
Я положил перед ним конверт с деньгами.
– Ваш гонорар за будущий фильм.
– Что вы! Это лишнее! Все давно заплачено.
– Денег никогда не бывает слишком много. К тому же, насколько я знаю, раскрутка роликов в интернете стоит дорого.
– Погодите!
Андрей схватил меня за руку, останавливая, а затем суетливым неловким движением буквально всучил мне что-то. Раскрыв ладонь, я с удивлением увидел в своей руке безликую флеш-карту в прозрачном пластиковом чехле.
– Что это?
– Продукт, – сказал Андрей, потупившись.
– Так выходит, он готов? Не практически готов, а уже готов? – Я не смог сдержать усмешки. – И что мне с ним делать?
– Примените его по назначению, если вдруг… – он проглотил комок в горле, – со мной что-то случится. Я все взвесил. Так будет лучше.
– Как это работает?
– Просто вставляете в любое устройство, подключенное к сети предприятия. Остальное вирус сделает сам.
– Любое устройство?
– Смартфон, компьютер, терминал – что угодно. В смартфон просто вставляете в слот для карты памяти или в свободное гнездо для симки. К компьютеру подключать через картридер, купить можно в любом магазине электроники.
Мы не попрощались, будто оба боялись этого как плохой приметы. Андрей вдруг сосредоточился на растаявшем мороженом, я же сунул карту памяти в карман, а затем, не оборачиваясь, вышел из кафе.
Логово
Так долго и сладко я не спал лет десять – без снов, без постоянных просыпаний, без метаний по горячей разворошенной постели. В четыре утра я упал на кровать и тут же отключился, а на следующий день после обеда проснулся бодрым и отдохнувшим. И голодным, очень голодным!
Завтракая в столовой при гостинице, я смотрел на лежащий между тарелками одноразовый телефон и решал дилемму – звонить Ленке или нет. Хотя на самом деле никакой дилеммы не было, звонок был безальтернативным. Да, мне до рвотного рефлекса не хотелось не то что говорить с ней, но и просто слышать ее голос. Однако мне нужны были ее деньги, тот самый гонорар. Из-за крайне затратной беготни вокруг КУБа я опустошил все свои закрома и никакой перспективы их пополнения в ближайшее время не наблюдалось. Как бы мерзко это ни выглядело, но моя бывшая в тот момент оставалась единственным реальным источником денег. И, судя по всему, она это прекрасно понимала, а потому тянула с переводом. Ни ночью, ни утром мой счет в сейшельском банке не увеличился ни на копейку, там по-прежнему лежали жалкие гроши «на черный день», единственным предназначением которых была подпитка самого счета с целью его существования.