– Ну мало ли. Как говорится, ночь переспал, день передумал.
– Я же слово дал. Это дело чести.
– Хорошо. Ну тогда приступай. Твоя очередь выходить на сцену.
– Неужели у тебя получилось? – лишь спросил он. – Поздравляю. Честно говоря, не верил. После твоего ухода я чуть углубился в проблему, которую ты вскрыл. Поговорил кое с кем. До сих пор под впечатлением. Будь на твоем месте, я бы не знал, за что браться.
– Я сам не верил. Но, как ты же мне говорил, вера пускай остается уделом верунов. Мы оперируем неопровержимыми доводами, опираемся на железные факты и взываем к чистому разуму.
– Это было давно, – тихо сказал отец. – Сейчас я уже не так категоричен. Иногда и вера помогает. Это отличный мобилизатор воли, когда ничего другого не остается… Помощь нужна?
– Нет. Сделай, о чем договаривались. Об остальном не думай.
– Понятно. Ну тогда удачи тебе, сын! Больше и желать нечего, всего остального у тебя в избытке.
Странное пожелание, немного подпортившее мое приподнятое настроение. Уж не заболел ли он?
– Спасибо. Тебе тоже… удачи.
Последнее слово я сказал уже в безмолвную пустоту, потому что он отключился, не дав возможности ни договорить, ни проявить участие. При всей кажущейся дикости ситуации, я был ему даже благодарен. Нельзя на пустом месте и сразу вырастить дерево, а наши отношения даже на жалкий кустик сорной травы не тянули. Не хочет говорить – ну да ладно. Будем эту проблему решать после, когда утихнут сотрясающие мир тектонические проблемы.
Окрыленный успехом и разрываемый буквально фонтанирующей энергией, я не смог усидеть в гостиничном номере и отправился бродить по ночным улицам с периодическим заходом в различные увеселительные заведения. Мне в кои-то века захотелось не просто отдохнуть, а хорошенько напиться, чтобы ни одной мысли в голове не осталось.
Уже под утро следующего дня, когда мой кошелек изрядно похудел, ноги отказывались нести бренное тело, уши оглохли от громкой музыки, а желудок умолял больше ничего не есть и уж тем более не пить, от Андрея пришло последнее сообщение. Прочитав его, я не сразу понял содержание. Безуспешно перечитал несколько раз. По идее, должен был поступить очередной отчет о благополучном исходе операции, и я даже был уверен, что прочитал именно это, но что-то меня насторожило в путаном тексте. И лишь оказавшись на свежем воздухе и в относительной тишине, чтобы прочитать несколько коротких слов с завуалированным смыслом, мой мозг наконец включился и сумел осознать масштабы разворачивающейся катастрофы.
Андрей не смог взломать систему в Трехсосенке и ставил меня перед неприятным фактом: «Дверь второй квартиры заперта. Замки поменяны. Опрос соседей свидетельствует, что новые хозяева квартиры не заказывали уборку. Грозятся вызвать наряд полиции. Ухожу. Мне очень жаль».
Восторг с радостью улетучились мгновенно, уступая место привычным уже отчаянию и безысходности. Они-то и толкнули меня на безумный шаг. Будь я трезвым, не цари вокруг обманчивая ночь и пошли я ко всем чертям свою проклятущую удачу, на которую уж слишком полагался, я бы ни за что не совершил той ошибки. Хотя тогда мне казалось, что я все делал правильно.
Я на такси вернулся в гостиницу, поднялся в свой номер и даже не закрыв входной двери побежал к тайнику в туалете, где лежал смартфон Лавренюка.
Смутно припоминая инструкции Андрея, я непослушными из-за хмеля руками не с первого раза вставил флешку с вирусом в слот для карты памяти, вернул на место симку, а затем включил аппарат. Как это часто бывает в подпитии, собственные действия под воздействием высокого алкогольного градуса в крови кажутся вполне осмысленными и логичными, хотя на самом деле они всегда являются хаотичными и деструктивными метаниями. Так и я, ковыряясь в содержимом чужого гаджета, предполагал, что пытаюсь войти в сеть и заразить КУБ убийственным вирусом, а на самом деле бессмысленно нажимал на какие-то иконки и запускал ненужные приложения. Помнил я это смутно, но мне вроде как даже удалось в интернет выйти и по паре сайтов прогуляться, которые открылись из созданных Лавренюком закладок. Однако на том мои хакерские подвиги и закончились. Телефон вдруг несколько раз моргнул экраном, завибрировал, а потом отключился. То ли он сам заразился вредоносным кодом Андрея и не выдержал этого, то ли я попросту забыл зарядить аккумулятор, но больше мне ничего не удалось сделать со смартфоном, в миг превратившимся в кирпич.
Последнее, что я запомнил, это поиски куда-то запропастившейся подушки. Учитывая полувменяемое состояние, это было очень верным и взвешенным решением, но лучше бы я его принял утром. В тот момент уже было поздно во всех смыслах.