Биннесман оттолкнулся от стены и прыгнул вниз. На короткое мгновение Аверан увидела его лицо в свете своего опалового кольца. Лицо волшебника было совершенно спокойно. Он перекувырнулся в воздухе, расставив руки в стороны. Затем темнота поглотила его. Аверан принялась считать. И тут вдалеке она услышала звук, который заставил ее сердце биться еще быстрее — это было шипящее дыхание опустошителя.
«Где он?» — лихорадочно соображала Аверан. Прячется внизу среди камней?
Она наклонила голову, напрягая слух. Благодаря ее дарам слуха все шумы казались неестественно громкими, как бы усиленными во много раз.
Нет, этот звук донесся сверху, поняла Аверан.
— Опустошители! — что есть мочи закричала она.
Не дав Биннесману обещанных пяти секунд, Аверан тут же прыгнула в озеро.
Полет сквозь темноту казался бесконечным. Аверан никогда не прыгала в воду с такой высоты. Нечто подобное случилось с ней только однажды, когда она упала в пруд со старого дерева в Визебруке.
Она летела вниз, свернувшись в клубок, обхватив колени руками. Досчитав почти до ста, она ударилась о поверхность воды.
Аверан погружалась все ниже и ниже. Вода оказалась на удивление теплой. Девочка задержала дыхание, изо всех сил стремясь выплыть наверх. В свете опалового кольца Аверан пыталась пронзить взглядом толщу воды. Рыбы-слепцы, тощие, как щуки, сновали вокруг. Их напугало внезапное появление существа размером почти с них, и в то же время любопытство влекло их туда, где послышался всплеск.
Аверан изо всех сил гребла, пытаясь всплыть на поверхность. Туника насквозь промокла и тянула ее вниз. Девочка уже подумывала о том, чтобы сбросить ее. Но потерять тунику означало бы остаться беззащитной, ведь это была особая волшебная одежда, которая защищала и укрывала ее.
Итак, она продолжала грести. Наконец Аверан всплыла на поверхность и принялась отчаянно барахтаться. Внезапно рука ее нащупала что-то твердое, за что она тут же ухватилась.
Стоило Аверан прикоснуться к предмету, который попал ей в руки, как ее пронзила струя энергии невиданной силы. Девочка поняла, что нашла свой посох.
С минуту она продолжала плавать по поверхности озера, не веря своей удаче. Аверан чувствовала, это более чем случайность.
Я хотела, чтобы мой посох вернулся, и он пришел ко мне, сказала Аверан себе.
Тут к ней подплыл Биннесман.
— Держись за мою руку, дитя! — сказал он.
— Опустошители. Я слышала звуки их дыхания у входа в шахту, — прошептала Аверан.
Биннесман ничего не сказал. Вместо ответа он сунул ей в руку свой посох.
— Вот, держись за него, — сказал он.
Они поплыли к берегу. Биннесман тащил за собой Аверан, которая крепко держалась за оба посоха.
Девочка знала, что опустошители не умеют плавать. Оказавшись в воде, они неизбежно начинали тонуть. Однако стоило им только коснуться дна, как они снова могли передвигаться: опустошители умели ходить по дну, как по суше.
Оценив размеры озера, Аверан поняла, что опустошитель вполне мог бы выбраться из него, идя по дну. Но откуда было опустошителям знать об этом. Они могли хорошо различать предметы под землей примерно на расстоянии сотни ярдов, но все то, что лежало за пределами этого расстояния, казалось им просто размытым пятном. Они не смогут распознать, какую форму имеет озеро. Единственное, что они смогут почувствовать — это запах воды вместе с запахом каменных стен. Будет ли запах камней достаточно сильным, чтобы позволить опустошителям оценить размеры озера? Рискнут ли они пуститься за ними в погоню, спрыгнув в воду?
Аверан не могла сказать наверняка. Опустошители могли вести себя очень отважно. Шкура опустошителей была очень твердой, она служила им настоящей броней. Кроме того, они обладали чудовищной силой и выносливостью. Все это давало им ощущение неуязвимости.
Некоторые из них отважатся отправиться вслед за беглецами — теперь Аверан была в этом уверена. Она и сама не сразу поняла, откуда вдруг взялась эта уверенность. Но стоило ей внимательно прислушаться к себе, как все стало ясно. Хитроумный Проглот — она смаковала его мозг всего пару дней назад, был воином-опустошителем. Аверан хорошо запомнила, какие чувства он испытывал по отношению к людям. Это было зловещее сочетание страха и ненависти, смешанное с таким ненасытным аппетитом, который — Аверан знала — непременно побудит опустошителя при любых обстоятельствах напасть на человека.