Андрей смотрел на пепел в камине, но не замечал его. После ухода Сергея Валерьевича он пытался понять масштабность произошедшего. Имея в своём подчинении всё управление кибербезопасности, штат программистов и завербованных хакеров, а также почти неограниченные ресурсы своей страны, он не мог даже представить, как это возможно? Взломать все мировые видеоресурсы.
То, что это был взлом, Андрей не сомневался, потому что ни у кого нет столько денег, чтобы купить всю видеорекламу. Этот вариант невозможен даже в теории.
— Ясно, пора выезжать! — процедил Андрей и пошел одеваться.
Сгоняя «крякалками» офисный планктон с левой полосы и пролетая с мигалками по встречке, Андрей торопил водителя, параллельно при этом выслушивая по телефону доклады подчиненных. Информации было крайне мало. Одни предположения.
Уже через полчаса Андрей подъезжал к офису.
— Вас Сергей Валерьевич, по закрытой связи, – доложил охранник с переднего сиденья. Андрей взял трубку.
— Тут странная ситуация, – донёсся тихий вкрадчивый голос Сергея Валерьевича. Этот голос очень напрягал. – Практически сразу после выхода этого видео, один америкосовский политик, забыл, как его зовут, сделал заявление, что это проделки наших хакеров. Выкатил нам ноту протеста и выдвинул кучу всяких обвинений. Потом призвал к новым санкциям, ну, и всё в таком же роде. Это всё в принципе привычно. Но дело в том, что спустя двадцать четыре минуты он умер. Кардиостимулятор практически сжег ему сердце. – Голос Сергея Валерьевича почти перешел на шепот. – Об этом пока не известно СМИ, но как бы… Есть ли вероятность, что это как-то связано с заявлением этого пидора в маске?
— Скиньте мне больше информации. Всё что известно.
Просторный кабинет Андрея был заполнен руководителями разных подразделений. Он пробрался сквозь толпу и сел во главе своего Т-образного стола. Гул и разговоры затихли.
— Итак, коллеги. Начинаем. Докладываем по очереди.
— Подконтрольные СМИ сглаживают ситуацию, запустили всякую хрень про тестирование новой системы какого-то рекламного оператора, часть развивает тему, что это – завуалированная реклама и суть откроется позже. И еще кучу разных спокойных контролируемых теорий. Телеграм только не подчиняется.
— Там не так уж и много пользователей. Десять миллионов вроде?
— Кхм… Уже нет, – опустил глаза сотрудник. – Как пошло это видео, количество скачиваний увеличилось в два раза и продолжает расти в геометрической прогрессии.
— Блять. Придумайте что-нибудь! Что там Комитет по надзору, просто так сидит, что ли?
— Мы сейчас блокируем все возможные видеоресурсы, включая ютуб. Но это нереально сделать мгновенно. К тому же остаются разные обходы, типа прокси и ВПН.
— Большинство прокси-серверов мы сами вбросили людям, ты чего тупишь?
— Да, но появилось множество частных. Мы сейчас взаимодействуем со всеми службами, но пока, если честно, нет абсолютно никакой информации о том, кто это мог сделать и какие цели преследует.
— Андрей! – перебил их другой сотрудник в наушниках, не отрываясь от айпада. – Только что ИГ взял на себя всю ответственность за происходящее!
— Ну уже что-то… - Андрей даже почувствовал легкое облегчение. – Как нам это красиво преподнести с выигрышем для себя?
— Сейчас обсудим с пиарщиками.
— И вообще, давайте, решайте проблему! Доклад каждые полчаса!
Подчиненные тихо вышли из кабинета.
Андрей открыл ноутбук. Писем и сообщений было слишком много. Прокрутив немного, он наткнулся на письмо Сергея Валерьевича с информацией про умершего политика. Прочитал два раза, но в голове не возникло никакой взаимосвязи - политик был уже стар, сердце слабое, да и кардиостимуляторы дают иногда сбой, это не новость.
Через двадцать минут в кабинет без стука ворвался тот парень с айпадом, Витя.
— Почему без стука? – от неожиданности вскрикнул Андрей.
— Извини, но тут какая-то хрень! – с бегающими от волнения глазами резко выпалил Виктор, теребя провод от наушников.
Он отвечал за информационный фон и просматривая множество ресурсов всегда был в курсе того, что и где происходит. У него повсюду были свои информаторы, которые сливали ему новости и данные из разных уголков мира, в том числе и из правительственных источников.