- А чуть поподробнее можно? – заинтересовалась она.
- Можно! – кивнул я и отправил ей в личку заранее подготовленное сообщение: - «Нужно подключиться к искину нашего дома, влезть в архив записей камер из раздевалок и создать динамические модели фигур Романовой и Белкиной. Само собой, наглухо затерев лица и анатомические подробности.
- А самому лениво? – ворчливо спросила она, а затем поменяла мнение на диаметрально противоположное: - Хотя решение правильное – у тебя своих баб девать некуда!
Ручки у Панацеи росли откуда надо, поэтому уже через четверть часа я получил требуемый файл, прогнал его еще через одну программку и со спокойным сердцем отправил в личку описание второго задания:
«Завтра утром они заявятся на тренировку. Подбери им в подарок по полному комплекту всего, что посчитаешь нужным, начиная с курток-самбовок и заканчивая спортивными сумками, которые не стыдно таскать с собой даже венценосным персонам. По возможности, с какими-нибудь красивыми или запоминающимися особенностями…»
- Сделаю! – предельно лаконично пообещала она и унеслась в нужный отдел. А я сел в ближайшее кресло, связался с Олегом Усовым, еще раз поблагодарил за качественную подстраховку, передал такую же благодарность его подчиненным, минут семь-восемь убил на абсолютно бессмысленное обсуждение допущенных ими ошибок, а потом попросил переслать мне весь имеющийся архив видеозаписей наших боестолкновений. Со всех точек съемки, включая камеры орбитальных средств наблюдения и контроля. Он уточнил, когда именно мне нужны эти материалы, услышал «Еще вчера», улыбнулся и собирался спросить что-то еще, но я оборвал связь и прямо из сидячего положения рванул по вектору, замигавшему желтым.
Цвет сигнала, поданного с комма Елизаветы, уведомлял о возникновении неприятной ситуации, и не более. Но я все равно вывесил стандартный «стартовый» таймер, отправил на ТК-шки Забавы, Даши и Ульяны сигнал тревоги, а затем выложился, как на стометровке. В коридор с примерочными влетел через считанные секунды, сорвав с направляющих недостаточно быстро отодвинувшуюся дверь, а еще через миг отрешенно отметил, что вектор на Шереметеву-младшую стал оранжевым, а рядом с ним появился еще один.
Поручить Панацее с Фрейей вторую проблему не успел – девчонки взяли ее на себя сами, подсветив стрелку кантиками своих цветов. Так что я промчался последние двадцать метров, вынес еще одну дверь, ворвался в примерочную, в которой, почему-то царил интимный полумрак, и наткнулся взглядом на перекошенное дикой злобой личико Лизы!
Положение для стрельбы с колена, «Мангуст», направленный на меня, и бездыханное тело какого-то франта разглядел уже потом, когда она вскочила на ноги, от всей души зарядила босой ногой по лицу незваного гостя и гневно прошипела:
- В-в-выродок, испортил такой классный день!!!
- Парализован? – спросил я, дождался утвердительного кивка, пообещал, что скоро буду, и снова вылетел в коридор.
В примерочной Насти было значительно более многолюдно и шумно – временная хозяйка помещения, злая, как собака, в темпе натягивала на себя брючки и ругалась нехорошими словами, а Беклемишева с Федосеевой превращали в котлету еще одного франта.
Этого красавца, уже успевшего потерять товарный вид, я разглядел значительно лучше первого и восхитился профессионализму того, кто его послал. Пепельный блондин моего роста с аккуратной прической и великолепно прорисованной мускулатурой был одет в очень дорогой вечерний костюм, обут в обувь из натуральной кожи и приятно благоухал. Ко всему этому прилагались шелковый платок в цвет рубашки, букет роскошных алых роз, бархатная коробочка с ювелиркой, приятная музыка, лившаяся из динамиков, и все тот же интимный полумрак. Правда, платок, цветы и подарок были разбросаны по всему помещению, но ведь присутствовали?
- Фильтры в ноздри, живо! Забава, делай анализы запаха, слюны и пота. Даша, на тебе дверь. Я за остальными… - в темпе озвучив самые важные распоряжения, я снова вынесся в коридор, выпустил стайку разведывательных микродронов, выдернул Ульяну из ее примерочной, приказал следовать за собой и помчался к Шереметевой-младшей. А когда добежал и увидел, что парализованное тело бьется в предсмертной агонии, запустил еще один таймер, принял боевой коктейль, схватил полутруп за шкирку и рявкнул: - На выход, налево, третья дверь справа, бего-о-ом!