Кстати, именно в этом центре Логачев единственный раз за весь день показал, что сосредоточен отнюдь не на одних развлечениях. Однако нехороший прищур, появившийся при самом обычном взгляде на экран комма во время «шопинга», исчез буквально через пару мгновений. А ему на смену вернулась прежняя безмятежность.
Выбравшись из «Машины Времени», мы поняли, что страшно проголодались. Но все равно продолжили двигаться по некоему маршруту. Прошли мимо доброго десятка разнообразных ресторанов и кафе, пробились через толпу веселящейся молодежи, вывалившейся из ночного клуба «Арктур», и вломились в ничем не примечательное заведение со странным названием «Премудрый Пескарь». Не расслабились и внутри – проигнорировали два очень уютных закутка со столиками на четверых, пересекли практически весь центральный зал, «совершенно случайно» обнаружили «подводный грот» с двумя столиками в виде раковин-жемчужниц и так впечатлились их оригинальностью, что просто не смогли не занять единственный свободный.
Догадаться, что Ярославу зачем-то понадобились две девушки, обосновавшиеся за соседним, особого труда не составило, поэтому мы с Забавой сходу включились в его игру и превратили процесс знакомства в самую настоящую феерию. В результате меньше, чем через десять минут после нашего появления в «гроте» столики были сдвинуты вместе, две скатерти заменены на одну большую, а заказ сестер Болотниковых был аннулирован, как не соответствующий моменту. Впрочем, противостоять нашему напору было почти нереально – если во время охмурения студенток с Тихвина-3 Локи усиленно изображал молчуна-порубежника, а отрывались только мы с Панацеей, то тут он развернулся по полной программе и не только органично влился в спевшийся дуэт, но и взял на себя руководство получившимся трио.
В общем, к моменту, когда перед нами появилась здоровенная супница с янтарной ухой, черный хлеб и расстегаи с вязигой, яйцами и луком, практически каждая шутка «бога шалостей и проказ» встречалась дружным многоголосым смехом. А после того, как Анастасия с Елизаветой заказали и тут же лихо употребили по пятьдесят граммов «Белогорской», смех превратился в совершенно неприличный хохот.
Я веселилась вместе со всеми. Однако вторым слоем сознания анализировала поведение Логачева и очень быстро поняла, что этот «охмуреж» является таковым только по названию. Ибо единственная личность, теоретически заинтересованная в переводе знакомства в горизонтальную плоскость, ненавязчиво выясняла вещи, которые для достижения этой цели не требовались. Кстати, я обратила внимание не только на эту странность, но и на кое-какие нюансы в поведении Болотниковых. Скажем, о целях своего появления на «Левиафане» они говорили с большим удовольствием и без направляющих вопросов. При этом старшая не скрывала того, что фанатеет с Оборотня, а младшая периодически воспоминала о том, что он ей «совершенно не интересен». Так же охотно они рассказывали и о столице Усть-Илимска Новоалексеевске, в котором, как я поняла, прожили всю свою жизнь, о самых известных достопримечательностях родной планеты и о местных ВУЗ-ах. Зато все, что касалось их родителей, рода и планов на будущее, описывалось крайне скупыми мазками и без души.
Кстати, Локи заметил это намного быстрее меня, и продолжил касаться этой темы настолько незаметно, что девчонки, сами того не замечая, выбалтывали нужные ему факты в процессе рассказов о чем-то другом. Ну да, я искренне восхищалась, ведь в процессе подготовки поступлению в Белогорскую АМО прослушала не один десяток профильных учебных курсов и понимала, что на самом деле присутствую при завуалированном допросе, проводимом очень неплохим профессионалом! Увы, уровень моей подготовки в этом вопросе был неизмеримо ниже, поэтому я оставила «кесарю кесарево» и сосредоточилась на ведении своей партии. Тем более, что все съедобное за столом постепенно заканчивалось, спаивать девчонок Ярик точно не собирался, а значит, близилась некая поворотная веха в нашем общении.