Локи поцеловался с Ино на зависть привлечённым к миссии однокашникам и всё ещё стоявшему на вершине центральной трибуны великовозрастному холостяку, с грустью отвернувшемуся от счастья крепко и страстно обнявшихся юнцов.
- Неджи-сан, а теперь-то можно на обед? – взмолился Чоджи, помогавший Ино получше усаживать или укладывать раненных для более удобного лечения.
- Да, мы заслужили двойные порции, - соглашаясь. Соседнюю трибуну почти освободила команда ирьёнинов с двумя Хьюга, там и без бога справятся. Центральную трибуну пока держали как есть, чтобы простецы не мешались; двенадцать защитников даймё бдительно стояли вокруг трона с правителем. - Следуйте за мной.
- Да-а! – возрадовался оголодавший толстячок.
- Гав! – Акамару тоже хотел кушать, пережив сразу шесть змеиных укусов.
- Ах… - Ино ещё пуще зарделась, когда Неджи взял её на руки.
Развёрнутая у госпиталя полевая кухня всем страждущим отваливала яичную лапшу с мясными консервами и пакетированным кетчупом, хлебцы с сыром и копчёной колбасой, чай с мёдом. Просто и сытно. Вокруг хватало спасённых и спасателей, живо обсуждавших произошедшее, чтобы помогавшие на трибуне генины удовлетворили ещё и свой информационный голод. Локи воспользовался тем, что Ино увидела розовые волосы Сакуры и помчалась к подруге, чуть более ускоренным темпом доел порцию и сам покинул внутренний двор.
Трикстер решил воспользоваться крайне измождённым состоянием Наруто, чтобы колдовством отправить того во внутренний мир знакомиться с девятихвостым биджу. Позже Локи без труда залезет в голову Наруто и просмотрит эти его воспоминания, чтобы улучшить своё представление о монстрах из чакры.
- Идём, Саске-кохай, в палате поешь. Положу Наруто под капельницу и тебя подлечу, - легко взваливая на плечо тельце отрока, вырубившегося после уноса Гаары и пребывавшего без сознания по сию минуту. Он опередил сговор девиц, собиравшихся под предлогом лечения Саске и массажа для Локи раздеть парней.
- Идём, семпай, - ковырявшийся в тарелке Саске испытал благодарность за спасение: его правая рука слишком сильно дрожала и плохо слушалась, чтобы кушать самостоятельно, а позволить кормить себя девчонке оказалось выше его сил.
Для джинчурики выделили ординаторскую, ибо все палаты переполнены, и ещё на улице пришлось стелить матрацы для укладывания менее тяжёлых. Призванная Коганэ превратилась в кушетку, застеленную белым бельём с лилово-золотыми улитками и характерными завитушками на ножках и дужках. Локи показал Саске ловкое обращение с ниндзюцу призрачной формы, переодев Наруто, которому как минимум завтрашний день лежать, пока ему сведут все последствия боя с применением едкой чакры биджу.
- Ты видел бой, да?.. – напряжённо спросил Саске, пока не имевший сил на активацию шарингана, да и сам Локи сегодня перетрудил бьякуганы, ставшие недомогать ноющей болью.
- Да. Он хотел морально растоптать, но из-за самомнения в итоге сам чуть не сдох. Он изобрёл киндзюцу переселения души. Тебе лучше обождать месяц или два, чтобы он нашёл другую шкуру. Он слишком жаждет занять твое тело и потому сам проявит инициативу для поторапливания, - прикрываясь своими иллюзиями, задумчиво говорил Локи, обычными методами ирьёнинов познавая то, как стихийная чакра Молнии взаимодействовала с телом, и пытаясь понять, в какой момент и как она из полезной сделалась вредоносной. – Ешь, я пока подумаю.
- Хн… Спасибо, - угрюмо благодаря за выжимку и за руку, ставшую более послушной, но до конца не исцелённую. И ещё благодарность за походя воздетую над тарелкой ладонь, всего секунду светившуюся тускло-красным светом, но этого хватило для подогрева остывшей пищи, плошки, части стола, интереса.
Саске только щекой дёрнул, когда увидел любимую ручную печать Шикамару, которую применил Локи, с удобствами сев в мягкое кресло у полки со свитками и смежив веки, тем самым проявляя доверие. Желудок пацана проурчал, поторапливая принять пищу.
Такую картину застала одна из медсестёр, устало зашедшая в ординаторскую и наплевавшая на ребят, плюхнувшись в другое свободное кресло; её губы были жирными от пищи, быстро разморившей молодую кудрявую рыжеволосую женщину, заснувшую там, где пристроилась. За ней и другие взмыленные стали заглядывать, с пониманием относясь к важным пациентам в ординаторской.