Нукенин обратил внимание на странность стихии Льда, но из-за проклятья забывчивости должного значения этому не придал и применил «Дотон: Дочусенко», попытавшись проплыть сквозь лёд как сквозь камень, чтобы удрать под дном реки. Фатальная ошибка - криогенный стазис сковал шиноби.
Тем временем Куренай схватилась за горло и харкнула кровью из-за своего же гендзюцу, отражённого шаринганом. Асума с объятыми ветряными лезвиями кастетами-ножами схватился насмерть с видимым только ему иллюзорным противником. Подстраховывавший Какаши молниеносно пронёсся мимо куряги и ударом левым локтем промеж лопаток сбросил тому гендзюцу, а с правой руки выпустил четыре сюрикена с одновременным выдохом огня, обволокшего метательные снаряды.
Итачи ловко уклонился, активируя мангекё шаринган и применяя додзюцу Цукуёми. Какого же оказалось его удивление, когда через долю мгновения элитный джонин Конохи смекнул рассечь насланное гендзюцу при помощи фамильного танто Белый Клык и сдёрнул с себя чужую чакру, тоже активировав мангекё шаринган и тоже применив его особое додзюцу – воронкообразную телепортацию. Именно комбинация спасла Какаши от участи за одну секунду пережить три дня сплошных пыток.
Сентиментальный нукенин отказался поджигать листья негасимым пламенем Аматерасу, сжигавшим сам свет и потому выглядящим абсолютно чёрным. Однако Учиха пришлось выложить и этот козырь ради спасения напарника и убийства появившегося на горе льда святотатца, скрестившего бьякуган и шаринган. Обращённый к Итачи бугристый бок ледяной громады и её верхушка вспыхнули прожигающим всё Аматерасу. Вот только мангекё шаринган сразу не различил теневого клона, и когда второй глаз Итачи разрядился своим додзюцу, Учиха пришлось резво отпрыгивать от появившегося у него за спиной Хьюга со сбросившим всю перевязь мечом, встопорщившим толстые чешуйки-лезвия и раздувшим акулью пасть для плевания ниндзюцу.
Локи победно наблюдал за тем, как противник вынужденно проявляет свою высшую защиту воина из ярко-жёлтой чакры, покамест высвобожденного на уровне бюста с двухэтажный дом и прикрывшегося круглым щитом Ята но Кагами от продолговатых выстрелов-плевков, отчасти похожих на кончик карандаша или кисти. Барьер успешно задержал оболочку, но кумулятивная струя пробила подмороженный стихийный щит, заставив висящего в чакре ниндзя резко сместиться от копьевидных атак, с метровыми недолётами увязших в плотной жёлтой защите чакро-плоти Сусаноо.
Тут всем сражающимся пришлось экстренно защищаться: мощь Аматерасу обернула мороз обратно в огонь, и цепная реакция буквально взорвала гору льда, расщепляя воду на водород и кислород, многократно усилившие пламя. Слава кое-какому богу, цепная реакция началась с макушки, на которую пришёлся основной удар Аматерасу, а потому ревущий столб голубовато-рыжего с чёрными всполохами пламени взметнулся вверх, родив знакомый асу ядерный гриб с характерной юбочкой и поверхностно-воздушной ударной волной, разошедшейся без убийственной радиации.
Бюст носатого воина Сусаноо без проблем выдержал удар, поваливший деревья и близлежащие дома элитной недвижимости с некогда умиротворяющим видом на реку. Хатаке успел поднять наклонную каменную стену для отвода кинетического удара от себя и Куренай с Асумой. Локи не стал вскрывать перед мангекё шаринганом Итачи своё ниндзюцу призрачной формы и мигом телепортировался под воздвигнутую Какаши защиту; благодаря расчёту трикстера, всё чрезвычайно опасное чёрное пламя эпично вознесло выше облаков, где оно безвредно потухло, не сумев зацепиться за дым и воздух в качестве топлива.
Итачи воспользовался Тоцука но Цуруги – жидкий пламенеющий меч вылетел из словно бы горящей бутыли для сакэ с угрозой испепеления четырёх листьев. Ещё при замахе ему навстречу вылетел ослепительно яркий белый серп, своевременно запущенный Какаши с фамильного танто. Учиха ожидал этого манёвра, его удар на самом деле предназначался для того, чтобы остающаяся под его контролем мутная оранжево-желтая жидкость, будучи отсечённой, отлетела вбок, вытянувшись в струю прямиком к сильно обгорелой, но живой и упрямо шевелящейся тушке Кисаме, чтобы запечатать его в бутыли длинного меча Сакэгари. Прихватив поверженного напарника, Учиха Итачи вместе со своим Сусаноо превратился в многотысячную стаю чёрных ворон, благоразумно и экстравагантно отступая от появившегося у эпицентра взрыва Джирайи, Гая и других джонинов, невероятно рассерженных следующей атакой на Коноху да ещё в день траура по погибшим в предыдущей.