Мало утешало, что с Ура Шишо трикстер разобрался – обратная четырёхгранная печать являлась вариацией печати четырёх символов, которая в удвоенном виде дополняла спираль от Шики Фуджин на животе Наруто. Это фуиндзюцу предназначалось для живых существ, не работая при размещении на пергаменте или на онмьё-клоне, а вот на теневом клоне – пожалуйста, печать при его отмене переносилась на оригинала.
В который уже раз амбиции Локи разбились о суровую действительность. Разработчик крутой печати взял чистый лист и наконец-то сделал то, что по уму следовало совершить в самом начале: скрупулёзно составил перечень вариантов. Получилось не густо и как бы ещё не более сложно и фундаментально.
Перспективным выглядело запечатывание теневого клона. Это задачка сама по себе нетривиальна. Локи предполагал, что Орочимару её точно решил. На Саске уже поздно убеждаться - опечатано. Такая же печать Змеиного саннина есть у Анко, ученице Орочимару, преданной самим сенсеем, сбежавшим без неё. Однако будет слишком подозрительно, если она вдруг, без предпосылок, окажется в своём внутреннем мире и проверит, томится ли там клон Орочимару.
Локи не хотелось проводить опыты на себе, а возиться с поиском подопытного лень. Можно сделать запрос в ЦРУ, но некоторые представители старшего поколения уже на него смотрят как на юного Орочимару, начинавшего за здравие и кончившего за упокой – экспериментами на ниндзя из собственной деревни.
Пришлось утешаться, что личный опыт поможет приблизиться к решению проблемы с хирайшином у клонов: они могли послужить катапультой для отправки, но сами даже к другому краю стола не перемещались, исчезая с возвратом памяти о дестабилизации. При этом теневикам свободно давалось академическое ниндзюцу замены на полено. Локи сделал пометку – испробовать призыв теневого клона.
Собственно, раз с привязкой к душе не получалось, то защитную печать можно наложить на теневого клона и запечатать его в медальоне. Если удастся сохранить постоянную связь, то смерть или изъятие глаз отменит клона или побудит его отмениться, чтобы фуиндзюцу перенеслось на оригинала и запечатало бьякуганы. То же самое случится, если далеко удалить или уничтожить медальон. Однако следует учесть наличие мастеров для создания вложенной печати, куда поместят медальон и тем легко обезвредят его.
Вместо медальона можно ставить печать на Коганэ!.. Чрезмерная зависимость от призыва тоже плохо. И тотемную стену на манер Порожка Хирайшина создавать не вариант, хотя в качестве запасного плана продумать стоит. Медальон потому выбран, что каждый может в любой момент снять его. В этой свободе серьёзная уязвимость, потому Локи хотел сделать привязку артефакта к душе или клону, на худой конец.
Составитель хитроумных планов подумал зайти с другой стороны. Он сам низводил ценность бьякугана. Так почему с защитным медальоном старый подход? Жизнь ниндзя более ценна и объемлюща. Проще и надёжнее запечатывать тело в Коганэ. Труднее реализовать транзитную схему, когда бы Ура Шишо запечатывала не на ткань мироздания по месту применения, а на нечто вроде теневой копии кланового тотема, чтобы печать с ценным грузом в идеале появилась в клановом квартале. Ещё лучше – создать аналог подпространственного кармана Учиха Обито и перемещать спасаемого Хьюга в этот альков.
Сомневаясь в своих нынешних способностях, Локи принялся за более простое и доступное – теневиков. Вдумчивый и целеустремлённый подход быстро дал первый результат: академическое ниндзюцу замены на полено эксплуатирует эффект, когда при множественном теневом делении клоны могут появляться в десятках метров от ниндзя, потому оно доступно для теневиков, а ниндзюцу кучиёсе уже не работает для призыва самих теневых клонов, но сами они могут призывать кого и что угодно, была бы чакра и контракты с якорями. Попутно Локи открыл очевидную возможность вместо дзюцушики использовать для полёта бога грома собственных теневых клонов.
Записи по Шишо Фуин оказались вне доступа Хьюга – этой стратегической информации о джинчурики владел только Джирайя, да и то лишь частью, оставленной Минато призывной жабе. Носительницей секрета была Узумаки Кушина, мать Наруто и предыдущая джинчурики Кьюби. Ещё о Шишо Фуин могла знать Сенджу Цунаде, внучка Узумаки Мито, жены Хаширамы и первой джинчурики Кьюби в Конохе.
Имея записи из обнаруженного и обезвреженного штаба АНБУ-Не касательно Ура Шишо как обратной печати Шишо Фуин и досконально разобравшись в них за прошедшие недели, Локи уточнил у Коганэ положение дел у ниндзя клана и после предупреждения о своей недоступности предпринял попытку обратного моделирования, пользуясь хидзюцу Яманака и Нара да памятью о внешнем изучении комбинированного ниндзюцу на животе Наруто.