Напряжение не ушло даже после покидания пределов дремучего Леса Смерти, ни одно животное которого не показалось на пути процессии. Дальше скорость перемещения возросла. И немногим после полудня вереница просочилась через ворота Конохи. Генинов отпустило лишь в стенах родного селения, по крайней мере, Чоджи стремглав бросился к ближайшей лавке и прямо с витрины схватил копчёный окорок, жадно вгрызшись в мясо, благо продавец знал особенности представителей клана Акимичи, в том числе непременную оплату огромных счётов за еду. Локи взял себе на заметку сводить Чоджи на барбекю и вызнать у него гастрономические вкусы его симпатичной напарницы, обещающейся вырасти фигуристой дивой, в которых Локи знал толк, будучи с детства окружённый писанными богинями Асгарда.
Предвидя огорчения в квартале Хьюга, глазастый умник вместе со всеми охотно направился в госпиталь Конохи. Многие жители с пониманием и сочувствием отнеслись к жертвам Чунин Шикен, четыре последних дня группами доставляемых со стороны Леса Смерти. Госпиталь селения оказался заполнен подростками с травмами разной степени тяжести. Хокаге первым вошёл в больницу и самолично организовал отдельные палаты для Саске и Гаары с соответствующей охраной из АНБУ.
- Хокаге-сама, извините, пожалуйста, - Локи без труда подкараулил главу деревни на выходе из госпиталя, однако он еле превозмогал отчаянно душившую его гордость. Если бы не клятый однохвостый, нарушивший весь расклад, бог даже помыслить бы не мог о совершаемом сейчас поступке, а так гордецу приходится унижаться перед тем, кого убить хотелось, но никак не моглось.
- Да? – скрывая раздражение и неприязнь из-за отчебученного на матче выкрутаса, который ему теперь предстоит как-то расхлёбывать.
- Разрешите мне оформить недельную миссию младшего ирьёнина. Вы видели, Хокаге-сама, даже мои ничтожные навыки владения мистической рукой сейчас крайне востребованы. Заодно я пройду зачётную практику на ирьёнина D-ранга и сдам теорию, - скороговоркой выпалил Локи, для усыпления бдительности с прямой спиной встав на одно колено перед таким могущественным ниндзя, как Сандаймё Хокаге, который способен свернуть Одина в бараний рог. Хотя подобный шаг с Таносом не прокатил, как того хотелось, но тогда и сейчас гордец следовал своим планам, он не лебезил и не прогибался. Дань правителю – перед Одином тоже приходилось, потому гордец и мечтал занять его место.
- Приступай, - после короткой паузы великодушно скомандовал Хокаге при штатных сотрудниках госпиталя, принявших к сведению и на исполнение.
Это братец Тор не заморачивался бумажной волокитой, а Локи был вынужден знать, чем и как живёт храмовый дворец Бога-отца Одина. Как говорят в Мидгарде, без бумажки ты букашка. У ниндзя тоже рос и пух чиновничий аппарат. Локи хотел иметь законный повод игнорировать требование Хьюга Хиаши явиться в клановый квартал, а также законный повод расширить свои навыки владения фуиндзюцу за счёт знакомства и работы с медицинскими печатями, что крайне актуально в преддверии опечатывания гениталий. А ещё такой вот диалог означал, что Сарутоби проглотил возможное оскорбление своего сына и клана в целом и публично ничего не будет предъявлять, что не помешает ему гадить со своего поста и со своими связями. Локи как интригану с многовековым стажем было интересно поиграть и развиться в этом направлении тоже, а лучшее развитие на практике, о чем сам хокаге говорил в своей речи перед экзаменуемыми генинами.
За племянника похлопотал дядя, организовав палату для двоих и сгоняв в лавку за ширмами для разделения мальчика и девочки, заодно Гай позвал Тахари Томомори и Тен-Утсу, отца и мать Тен-Тен, доросших до ранга чунина сирот войны, не признанных кланами. Тахари после удачной миссии раздобыли гору оружия и наладили бизнес по его продаже, сперва войдя в долю с кем-то из клана Учиха, а после их вырезания сделавшись хозяевами с приличным заработком.
Локи не стал отказываться от вкусностей, которые мать принесла для дочери. Всё-таки деньги остались в его доставшемся от отца доме внутри кланового квартала, а обедать хотелось сильно – организмы ниндзя весьма прожорливы! Такова цена силы, что превосходит асгардских богов.
Гай-сенсей при родителях Тен-Тен особо похвалил её за благородство и уважение к оружию, проявленное куноичи, будучи раненной и оскорблённой. По нравам Конохи это делало честь семье владельцев оружейной лавки.