На обтекаемых ложементах находились огромные макимоно. Как пояснила Коганэ, у неё раньше был только один клановый контракт, но он прервался вместе с кланом. Второй свиток содержал столбцы индивидуальных контрактов, подписываемых кровавой ладонью с именем над оттиском чакры. Новый клановый контракт требовал создания нового свитка – призывы для этого пользовались завещанным Рикудо Сеннином способом соединения интона и ётона, лежащего в основе легендарного ниндзюцу Банбуцу Созо – создание всех вещей. В процессе должна участвовать чакра представителя клана, а его кровь войдёт в состав чернил для фуиндзюцу.
Локи без проблем сцедил с себя половину литра, возместив потерю при помощи ирьёниндзюцу. Бог с интересом наблюдал за тем, как смесь его крови и чернильной слизи формирует согласованные письмена контракта, складываясь в искомую Дзюцушики для обратного призыва и возврата к месту отбытия. Очень познавательно, и антураж соответствовал торжественности процесса, хотя Локи предпочёл бы никогда не участвовать в чём-то настолько варварском, достаточно неприятном даже после окультуривания слизня до улитки. Улитка охотно, а бог нехотя пожертвовал свою кровь, запечатлевая и запечатывая в фуиндзюцу кланового контракта призыва Коганэ. При желании была доступна и Кацую, и её поименованные эксперименты, но без специального указания Кучиёсе но Дзюцу у Хьюга всегда будет призывать Коганэ.
- Прошу на борт, Неджи-кун, мы отправимся на поляну для твоего отдыха перед тренировкой воздухоплавания, - церемониально произнесла огромная улитка, чуть подправив заднюю часть панциря так, чтобы из стоячего места сделать сидячее.
- Спасибо, Коганэ-сама, - уважая за возраст в сотни лет, размер и мощь.
Тем временем у Саске дела обстояли хуже всех троих. Одна из змей наябедничала Орочимару, и саннин явился в Рьючидо, чтобы начать измываться над выигрывающим бои подростком, довлея своим опытом и мощью ветерана. Аргументы били в яблочко – максимальное развитие тела, актуальное для Учиха, которым всё отрочество никто должным образом не занимался. Сочетание физических тренировок и медикаментозного воздействия обещало за три года дать чакры больше, чем сейчас есть у Хатаке Какаши. Плюс уловки и много чего ещё обещал Орочимару, склоняя Саске сбежать из Конохи к нему в личные ученики. И все эти разговоры велись во время сражения, изнуряющего Саске, постепенно оттесняемого к священной каверне, где с ним заключат индивидуальный контракт призыва. У соискателя уже появились порезы, и яд постепенно делал своё пагубное дело. Но пока юный Учиха держался молодцом, грамотно тратя чакру и больше полагаясь на кендзюцу, чем на стихию огня. Саске экономил чакру и поджидал момент для одного единственного смертельного удара разученным Чидори.
Мьёбокузан для Наруто оказался значительно дружелюбнее. Жабы радушно встретили сына Минато, плевав на запрет хокаге касательно рассказа о родителях джинчурики. Так что Наруто в момент начала пригляда разводил нюни.
Клон Локи обратил особое внимание на колодец, который являлся порталом и вёл со склона горы на острове в окрестности континентальной Конохи, а ещё давал возможность видеть любое отражение в воде, от уличной лужи после дождя до женских купален онсена. Собственно, белогривый Джирайя, вызванный жабами, вместо утешения отрока занимался тем, что пользовался случаем подглядывать за голыми бабами, типа это помогает ему собраться с мыслями перед важным разговором с Наруто.
Священное место клана Жаб тоже заинтересовало теневого клона Локи, устроившегося на камнях склона, чтобы разглядеть каверну с троном, на котором дрых крупный седовласый старец-лягушка. Вокруг стояло много свитков, как клановых, так и индивидуальных, свидетельствуя о такой же популярности жабьего призыва, как и змеиного. Однако, судя по настоящему времени, былой расцвет миновал: больше нет действующих клановых контрактов, больше нет индивидуальных контрактов между конкретным ниндзя и конкретной жабой. Помимо свитков контракта в этой «тронной» зале имелись и другие фуиндзюцу, в том числе сенсорные и барьерные, настроенные на непримиримых врагов ниндзя-жаб – ниндзя-змей.
Ещё одно примечательное и легко обозримое с воздуха место, заинтересовавшее клона Локи, - это масляный водопад. Нефть изливалась из глубин земли. Пресыщаясь природной энергией Сен, чёрный цвет становился оливковым, а примеси растворялись, делая жидкость похожей на нефильтрованное подсолнечное масло холодного отжима. Это был такой же концентрат Сен, как слизь в священном месте Кацую, только с Инь-спецификой окружающих обитателей. У клана Змей, к слову, имелась подземная река и озеро со схожим концентратом воплощённой Сен, потому здесь тоже практиковали сендзюцу.