— Как видишь, нет, — пожал я плечами.
Она замерла в нерешительности, явно испугавшись сделать первые шаги на льду.
— Что, разучилась за две недели? — поддел я.
Ника метнула испепеляющий взгляд, но оттолкнулась и через минуту уже делала сложные дорожки шагов. Почувствовав себя увереннее, через некоторое время она перешла к прыжкам, иногда падая с них, но чаще прекрасно выезжая.
— Не хочешь присоединиться? — спросила она, подъехав к бортику.
— Нет, — я взял коньки для вида, не собираясь позориться.
— Ты же замерз. Так и заболеть недолго. Зашнуровывай коньки и иди ко мне, — сказала Ника, заметив, как я плотнее кутаюсь в куртку. — Отказы не принимаются. Ты ведь хотел научится кататься?
На съёмках я бросил эту фразу просто для повода пообщаться. Не ожидал, что она вспомнит об этом именно сейчас, когда мне меньше всего хотелось показать свою беспомощность.
— Алекс, я жду, — требовательно сказала она, вернувшись к бортику, после того, как сделала простое вращение «винт» которое, к слову, выглядело очень красиво.
Со вздохом я вышел на лёд. Если уж позориться, то с размахом.
— На льду ты стоять уже немного умеешь, будем пробовать кое-что посложнее, — улыбнулась она, протягивая мне открытые ладони.
Я медлил, не решаясь взять Нику за руки. Не понимал сам себя. Терялся в ее глазах и плохо соображал, что она мне говорит.
— Возьми меня за руки, не бойся, — ободряюще улыбнулась она.
Я коснулся ее холодных ладоней и в очередной раз почувствовал, как легкий ток прошелся по моим пальцам.
— Езжай на меня, — проинструктировала она, потянув меня на себя. — Видел, как делают фонарики?
Я кивнул, вспомнив, как однажды возле открытого катка на ВДНХ смотрел на мастер-класс, где показывали одно из базовых упражнений.
— Теперь согни ноги в коленях и с силой разведи их в разные стороны. Потом выпрями ноги и сведи их вместе. Снова присядь, толкнись вперед внутренними ребрами коньков и опять сведи ноги вместе, — объясняла Ника.
Половину теории я пропустил мимо ушей, залюбовавшись ее улыбкой и чуть не упал, когда попытался изобразить нечто похожее на то, о чем она говорила.
— Какие ребра внутренние? — окончательно запутавшись спросил я.
— Смотри на лезвия. Тот край, что внутри и есть внутреннее ребро.
Я снова попытался сделать то, что она объясняла, но еле удержал равновесие.
— Да нет, смотри, все проще, — Ника освободила руки из моего захвата и проехала чуть вперед, показывая как правильно сделать упражнение.
За ее коньками на льду оставались идеальные следы, похожие на фонарики.
Спустя несколько неудачных попыток я наконец-то разобрался с тем, как правильно ехать и смог сносно сделать несколько фонариков.
— Для первого раза неплохо, — сказала она нагнав меня. — Давай попробуем сделать ёлочку. Согни колени, пятки вместе — носки врозь, — она показала положение ног на своем примере. Теперь толкайся одной ногой, только не носком, а внутренним ребром всего лезвия конька. Потом подставляй толчковую ногу, снова пятки вместе, носки врозь — и толкайся другой ногой.
Какое-то время ушло чтобы приноровиться кататься так, как показывала Ника, но вдруг я поймал себя на том, что у меня начало получатся. Пока я попеременно делал фонарики и ёлочки, Ника отрабатывала двойные прыжки.
— Почему только двойные? На просмотре в клип ты делала тройные, на соревновании тоже, — заметил я, наблюдая за ее выездом с двойного акселя.
— Тогда мне хотелось прыгнуть выше головы. Спасибо, что обошлось без травмы. После большого перерыва никто обычно не начинает сразу со сложных прыжков.
Понятно. Спрашивать ее зачем было подвергать себя риску и не стоило. Ей хотелось впечатлить не только меня, но и соперниц, для которых ее прыжки не были чем-то необычным. Ведь пока Ника отбывала наказание, они шли на усложнение и тренировали четверные.
— Я никогда не спрашивал тебя: какой прыжок ты любишь делать больше всего?
— Сальхов, — подкатила ближе. — Мой первый четверной.
— А нелюбимый?
— Лутц. Вечно с ним проблемы. А теперь без тренера сложные прыжки и вовсе не восстановить.
— Ты всё ещё хочешь кататься? — В ответ — лишь короткий кивок. — Тогда найдём тебе тренера. Вернёшься на лёд.
— Знаешь, а мне нравится твоя идея, Алекс. Попробуем с Алиной поговорить со знакомыми тренерами. У нее то остались связи.
Я радовался, видя, как она наконец строит планы, не сомневаясь в успехе.
— Ну что, еще кружок по катку и домой? — спросил я Нику, когда она зевнула.
— Давай, — согласилась она и поехала делать вращения.
Я же продолжил делать фонарики и ёлочки. Получалось уже вполне хорошо, поэтому я решил, что могу разогнаться и проехать также быстро, как это делает Ника.