— Перерыв тридцать минут и жду всех вас на льду, — объявила Светлана.
И все? Она даже не скажет насколько я плохо растягивалась и бегала? Тут явно что-то не так.
— Блин! — выругалась я, вспомнив, что оставила свою бутылку с водой в раздевалке.
— Держи, — передал мне свою бутылку Макс.
Я запаниковала, вспомнив, как когда-то Игнатьева орала, если мы одалживали чужие бутылки.
— Бери, Ника, здесь никто не подставит, — улыбнулся он.
— Спасибо, — сделав глоток воды ответила я.
— Светлана рассказывала, что ты классно прыгаешь четверной сальхов. У меня он не идет весь сезон. Покажешь?
Серьезно?! Парень, выигравший все соревнования в прошлом сезоне, спрашивает меня как прыгнуть сальхов? Меня точно не разыгрывают?
— Прыгала когда-то. Если научусь снова, обязательно покажу, — тихо отозвалась я.
— Знаешь, когда я пришел к Светлане два года назад, я тоже думал, что у меня ничего не получится. Потихоньку это чувство отпускает, когда начинает получаться, — попытался он приободрить меня.
— Я здесь всего на две недели, — повторила я, скорее себе, чем ему.
— Это пока, — усмехнулся он. — Смотрю на тебя и вспоминаю себя самого, когда я также пришел сюда всего на две недели.
Хотелось верить его словам, но где я, а где Макс. Удивительно, что он вообще заговорил со мной.
— Идёте? — окликнула нас Саша из дверного проёма.
— Идем, — я поднялась с пол и отдала бутылку Максу.
Выйдя на лед я почувствовала скованность. Сейчас все точно увидят, насколько со мной все плохо.
— Начинаем со скольжения, — сказала Светлана.
Следующие десять минут я отчаянно старалась попасть в ритм с остальными ребятами. Ноги сводило от напряжения, на глаза наворачивались слезы отчаяния от того, насколько тяжело было физически.
— Да расслабься ты, она тебя не съест, — сказала подъехавшая ко мне Саша.
— Все нормально. Я здесь не для того, чтобы давать себе слабину, — как можно беззаботнее улыбнулась я.
— Ника, покажи что ты умеешь. Просто прыжки, без программ, — попросила Светлана.
Я кивнула и начала заход на сальхов. Набрала скорость, оттолкнулась, кое как скрутила три оборота и зашатавшись приземлилась без падения. Я покосилась на тренера, ожидая крика, но она лишь кивнула, сделала пометку в планшете и сказала:
— Дальше. Все прыжки, которые ты сейчас можешь сделать.
Я сделала тройной тулуп, флип, двойной аксель. Оставался коварный лутц. Сжавшись от ужаса я зашла на прыжок, оттолкнулась, сделала лишь два оборота и упала, больно ударившись о лед.
Катастрофа. Теперь все увидят то, как плохо я катаюсь. Светлана ни за что на свете не возьмет меня в группу после таких грязных прыжков.
Я смахнула набежавшие на глаза слезы, поднялась, отряхнулась от снега и приготовилась к тому, кто-нибудь из присутствующих точно начнет смеяться. Шли секунды, а никто не обращал на меня никакого внимания, отрабатывая элементы, которые попросила Светлана.
— Ника, ты будто первый раз лед увидела. Прыгаешь, а сама боишься. Думаешь, я не понимаю что у тебя в голове? “Они смотрят”, “я должна сделать все идеально”, “у меня нет права на ошибку”, “меня не возьмут в группу”. Забудь это. Ты здесь, чтобы заново найти себя. Хочешь кататься? — спросила тренер, подъехав ко мне.
— Да. Простите, я правда могу лучше, — уставившись в лед пробормотала я.
Она кивнула.
После прыжков я отрабатывала вращения, пытаясь вспомнить то чувство, которое помогало выполнять их без постоянного головокружения.
— Перерыв 15 минут для всех, кроме Саши и Августа. Отрабатываем ритм-танец.
— Пойдем, посидим, — кивнул мне Макс, выходя со льда.
Мы устроились на скамейке около выхода с катка.
— Ну как тебе первый день?
— Нормально, — поджав губы сказала я.
— Врешь, — усмехнулся он, глядя на начало программы Саши и Августа. — Я вообще ни одного прыжка не собрал на первой тренировке. Думал не прийти на следующий день.
— И что случилось потом?
— Ну я же здесь. Подумал, что если не приду, то не узнаю, получится ли у меня или нет. Решил попробовать. А потом еще и еще. Смотри, сейчас они опять сцепятся и начнутся ругаться, — кивнул он в сторону Саши и Августа, выполняющих поддержку.
Действительно, как только Саша коснулась льда она остановилась и не продолжила программу.
— Саш, ну что на этот раз? — закатил глаза Август.
— Я просила тебя не поднимать меня так. Просила уже несколько раз, — зло бросила она ему.