— Госпожа Руслана! Случай неординарный. Князь велел, если ты в Кречете, приглашать беседовать с такими, — сообщил начальник охраны.
— Пока не вижу ничего странного, — хмыкнула Руслана. — Опустился на задницу, смежил веки и смотрит дурацкий сериал. Наверно — скучный, раз неподвижен.
Начальник охраны вздохнул разочаровано. Княжна считалась более проницательной.
— Не знаю, что он смотрит. У него нет чипа. Называет себя ансистом, внесистемным. Причем чип не удален, кожа на затылке чистая.
— При большом желании шрам можно уничтожить полностью, — не сдавалась девушка. — Но только если его специально готовили для засылки к нам. Давай запись допроса. Изучу и поговорю с ним сама.
Мужчина протянул ей протокол, чип с записью и лист анализатора физиологических параметров. Руслана бегло просмотрела. Странно. Ни один показатель не дернулся, выдавая волнение непрошенного гостя. Или он абсолютно владеет своими эмоциями, значит — опасный враг, или свято верит, что говорит правду.
Как была в костюме для верховой езды, Руслана направилась в камеру. Моментально сгруппировалась для защиты, когда мужчина встал при ее появлении.
— Извини, что напугал, — произнес гость, заметив это. — В моем мире принято подниматься, когда женщина входит в комнату, и садиться после нее.
Он был на полголовы выше ростом, крепок, собран. Волосы коротко стрижены и одинаковой длины, словно кто-то обрил парню голову, и она после этого обросла. Серые глаза смотрели вопросительно и немного иронично.
— В твоем мире? Расскажи мне подробнее, — велела княжна.
— Не соблаговолишь ли присесть? — предложил мужчина. — Вон табурет. Меня зовут Максим, кратко — Макс. А ты кто?
— Княжна Руслана Радиславич.
Она опустилась на табуретку, отставив ее как можно дальше. Стриженый ни в малейшей степени не вызывал доверия.
— О, слышал. Даже видел в сети. Единственная и любимая дочь господина Всеслава. Если взять тебя в заложники и приставить нож к горлу, князь запросто заплатит миллиард выкупа.
Никакого поползновения осуществить угрозу он, однако, не предпринял.
— Тебя моментально охрана обезвредит, — ответила княжна.
— Ну, столь серьезные преступления не совершаются без подготовки. Прости за глупую шутку. Я около месяца провел в Тремихе — среди заключенных и охраны. Нахватался дурных замашек. Так что ты хотела узнать?
— Про твой мир.
— Порой мне внушают, что он — всего лишь плод искусственно наложенных воспоминаний, я даже сам сомневаюсь в них, — назвавший себя Максом сидел на своей койке, закинув ногу за ногу и обхватив колено руками. Поза настолько неудобная для нападения, что тревожность, первоначально охватившая Руслану, отошла на второй план. — Он похож на ваш и не похож одновременно. По уровню развития технологий отстает лет на двести, искусственный интеллект не играет столь глобальной роли, как у вас, и людей не чипируют. Больше свободы… Но и больше агрессии, войн, насилия, терроризма. Огромная страна, называющаяся Россией, находится примерно там же, где Рутения, правда, береговые очертания континента отличаются. Население более ста миллионов и быстро сокращается, несмотря на приток мигрантов. Государство много лет ведет военные действия с соседним, оба правительства обвиняют противника во всех смертных грехах, попытки подписать мир проваливаются…
— Это — твоя Родина?
— Нет. Я родился в другой, меньшей стране. В вашей реальности она — часть Рутении, город Полотеск, самый древний в этой части континента, он существует и у нас, только называется Полоцк. Ваша столица Псков — всего лишь областной центр России, а Киев — столица государства, с которым Россия сражается…
— То есть там — все плохо?
— Я бы так не сказал. Люди устремлены в будущее гораздо в большей степени. Мечтают об освоении космоса, готовят пилотируемый полет на соседнюю планету, на Луне уже побывали, намерены строить там постоянные базы. Вы освоили Луну, получив шикарный плацдарм для прыжка к другим планетам Солнечной системы и для запуска беспилотных станций к ближайшим звездам, но никуда так и не полетели. Вам — все равно. Не тебе лично, а тем, кто смотрит видео из бездонных каналов Глобы, глушит грусть легкими психотропами и занимается сексом только для удовольствия, но не создания семьи. И вот я, сбежав из Тремихи, услышал, что совсем недалеко есть целый район, большая община, где пытаются бороться с угасанием интереса ко всему, что чуть далее вытянутой руки. Где теплится настоящая жизнь. Подумал: вот мой шанс.