Как он непривычно выражается… Машинное доение⁈ И эти слова: «давай не терять времени». Именно так сказал ее отвергнутый жених, когда уговаривал (и уговорил-таки) на внебрачную близость. Раз бросают одинаковые слова, значит, и внутренне схожи.
Неприязнь к Максу возросла. Но одновременно зрело убеждение, что внесистемный негодяй — человек умный. В его рассуждениях могло быть рациональное зерно, и это стоило проверить.
— Идем! Но не слишком долго.
— Как скажешь. Но я бы поработал. У меня в Кречете пока нет никаких интересов, кроме службы. Сама понимаешь, завести личную жизнь с девушкой или с кем-то подружиться в заключении трудно.
Так и сказал «с девушкой» — как об абстракции, совершенно игнорируя, что самая обворожительная девушка княжества шагает рядом! Конечно, Руслана мечтала о настоящей любви, без того обмана, на котором обожглась, хотела быть любимой своим избранником… Но нравиться желала всем! А этот демонстративно воротил нос. «Красивая, ухоженная», это прозвучало так, будто собирался добавить «знавали и лучше». «Ты у меня попляшешь!», –мысленно пообещала она.
Девочку немножко жалко, признался себе Макс. Далеко не ребенок, явно уже получила чувствительный укол на почве личной жизни, разочаровалась и не пришла в равновесие. Охранники-безопасники, слонявшиеся по казарме в перерывах между нарядами, перемывали кости Руслане не хуже базарных баб. Вроде был у нее кто-то, едва ли не жених, потом как в детском стишке «между нами все порвато, и тропинка затоптата». Сейчас одна и никого к себе не подпускает.
Одновременно она страшно избалована мужским вниманием. Княжеская фамилия, похоже, выглядит в глазах самцов этого мира возбуждающим половым признаком в большей степени, чем упругая грудь размера Анны Семенович. Не, Руслана в самом деле хороша. Если бы попала на зону к мадам Гегении Бриц, соревновалась бы за звание первой миски с красоткой Гинией, правда, зрителей-мужиков всего двое, да и те инвалиды, способные лишь на один мужской поступок — закинуть за воротник.
Чрезвычайно легко повелась на игнор, уязвлена. Ладно, не проблема. Порычит денек-другой и перебросит кому-то из мужчин-офицеров. По крайней мере, общение с ним обойдётся без женских причуд.
Руслана отвела его в подобие вычислительного центра пешком, не взяв э-кар.
— Надеюсь, если для дела нужно отправиться в дальнюю часть района, транспорт найдется? — спросил Максим.
— Найдется. Я предпочитаю ездить верхом.
Вот что означал ее наряд в первую встречу… Кстати, миф о том, что у заядлых наездников искривляются ноги, привыкшие охватывать туловище коня, мифом и остается. Разве что кривоножки — лучшие всадники от природы. Принцесса Кречета обладала ровными, стройными, то есть «неудобными» для джигитовки конечностями.
Макс подумал, что хоть в чем-то надо ей потрафить, дать почувствовать преимущество.
— Увы, я катался только в детстве в деревне без седла на старой кобыле, на которой обычно перепахивали огород. Не упал, но все потом болело. Если умеешь профессионально ездить на лошади, то снимаю шляпу.
— Что снимаешь? Зачем?
— В нашем мире снять шляпу — знак уважения. В данном случае перед человеком, обладающим талантом, мне недоступным.
— Тебя бывает настолько трудно понять, будто вправду — из другого мира, — фыркнула Руслана. — Мы пришли.
Хоть какая-то система безопасности тут имелась: некто через переговорное устройство удостоверился в личности княжны и лишь тогда отворил дверь. Внутри… Словно перенесся обратно под Петрозаводск, в вычислительный центр «Гелия». Ряды стеллажей, на них серверы и компьютеры, здесь огульно именуемые «цифровыми машинами». Несколько рабочих мест операторов. Сосредоточенные парни, орудующие за терминалами.
— У них нет чипов? Все с клавиатурами…
— Существует теория, что чип для плодотворной работы не особо нужен. Мозг не всегда успевает обработать и ту информацию, что доносят до него обычные органы чувств.
Руслана шептала, явно не желая мешать сотрудникам. Она практически слово в слово повторила сказанное мошенником по имени Поц.
— Но ты же чипирована? Сериальчики смотришь на досуге, — поддел ее Макс.
— Нет у меня времени на глупости!
— Хорошо. Тогда тратим время с пользой. Зови главного.
Старшим оказался интеллигентный мужчина лет тридцати пяти. В отличие от Макса, на княжну смотрел с обожанием. В его поведении было что-то рыцарское — «дама сердца» и прочее, то есть без пошлости, похоти и надежды на близость.