— Есть предложение лучше, — выстрелил Екатеринослав, дождавшись, наконец, удобного момента. — Служи нам.
— Тогда меня прибьют князь с дочкой, — пожал плечами Макс. — Не, ребята, я лучше приму предложение о вступлении в вашу семью, как велит древний обычай, и буду подчиняться общим правилам, а не метаться между двумя нанимателями. Вам же скажу следующее: обещаю не рыпаться. Тем более князь принял решение крепко закрыть глаза на все ваши выходки.
— Это не выходки, — мягко возразил Легослав. — И ты меня поймешь. Тебе же здесь промыли мозги пропагандой о традиционных ценностях, духовности, исторической задаче по сохранению человеческого рода.
— Что-то не так?
— Так, да не совсем. Ты же видишь ситуацию изнутри. Приток единомышленников Всеслава в Кречет идет, но он довольно редкий. В основном это неудачники, не нашедшие себе места в мире развлечений, даруемых Глобой. Да ты и сам такой — без чипа, без памяти о прошлом. Но есть другая часть человечества, им не нужно втирать про духовность и традиционные ценности.
Максу действительно стало интересно.
— Ты о ком?
— Об экстремалах. Человек по природе хищник, боец. На себя посмотри — ты на них похож больше, чем на неудачников. И как нас ни размягчают удобства существования, очень многим хочется чего-то на грани. Помнишь, спрашивал у меня на орбите, почему выбрал себе столь некомфортную стезю? Вот и ответ. Космос — предельно враждебная среда для человека, особенно за пределами магнитного поля Земли. Тем не менее, многие тысячи рвутся хотя бы в туристические рейсы — на орбиту планеты и на Луну. Не всем, но очень большому проценту особей нашего вида нужны условия выживания едва ли не на волоске от гибели. Постные увещевания «а давайте добровольно ограничим себе развлекательные видосы ради высокой духовности» — просто ничто по сравнению с адреналином от посещения соседней планеты… До которой мы так и не добрались. Будущее человечества — не духовные аскеты с консервативным мышлением, едва ли не сектанты, а первопроходцы звездных дорог. Знаешь для чего нам эти миллиарды? Не для переворота! Их не хватало до начала стартапа — строительства завода космических кораблей. Не тех, что не способны уходить дальше Луны. Мы намерены восстановить технологии полуторавековой давности, когда люди запросто могли добраться до окраин нашей звездной системы за каких-то года два бортового времени, до ближайших планет — за месяцы. Не просто воссоздать, а дополнить всем лучшим из нового, что изобретено и открыто за следующие 150 лет. Как только получим прототип, поднимаемый на орбиту обычными ракетами корпорации «Радиславич», сможем привлечь инвесторов и заказы, не трогая основной капитал семьи и доходы от обычных бизнес-схем. Человечество, расселенное по космосу, точно будет вечным. Как минимум, наша программа дополнит существование земных островков так называемой философии духовной свободы. Как тебе такое, ломщик Макс? Готов поддержать стартап и не совать нам палки в колеса?
Похоже, Легослав не врал. Искренне верил в проект, ради которого готов согласиться на автоматный расстрел части семьи.
— Заманчиво, — подтвердил Макс. — Но давайте без пальбы по своим, хорошо? Тогда обещаю быть предельно лоялен. В рамках исполнения приказов Всеслава, конечно.
Братья переглянулись.
— Наверное, это лучшее, что мы могли от него услышать, — подвел черту Екатеринослав. — До завтра!
Следующий день в любом случае не сулил ничего хорошего. Руслана обещала имплантат вместо выбитого глаза или оторванной конечности, это если останется жив? Такой себе вариант, особенно накануне встречи Энги. «Потерпи, милая, ручки-ножки постепенно отрастут, как мне сказали».
Бой чести князь назначил утром на стадионе, в получасе ходьбы от его резиденции. Стояла первая треть июня, или просто 6-го месяца по-местному, солнце шпарило как в 7-м. Освобожденный от обязанностей в вычислительном центре по случаю мордобоя, Макс пробежал это расстояние трусцой, разминаясь. В заплечном мешке лежал нехитрый инвентарь.
Драться решил в наиболее привычном по армии облачении: высоких ботинках со шнуровкой, несколько замедляющих удар, но, если удачно врезать такими, уноси готовенького. На руках легкие перчатки, предохраняющие кулаки от травм, но не смягчающие удар. Без шлема и капы.
Поле, размером с баскетбольное, уже украшал помост без канатов. Упадешь за его пределы — прямо на головы зрителей, скамьи для них выставили вплотную к месту ристалища. Секунданты не полагались.