Ему она не испортила аппетит, зверский после скудного внутривенного питания в больничном боксе. Макс решил перекусить на месте. Заказал бы двойную порцию, но сдержался. Руслана застала Макса за поеданием последних остатков — до крошки.
— Перекусил, прости, тебя не дождался. Какая у нас следующая афера?
Княжна, несмотря на разгар рабочего дня, вырядилась и выглядела супер-секси, максимально (в пределах приличий) оголив тело сверху и снизу, благо теплая погода позволяла ходить так, не замерзая. Перехватила взгляд парня, лизнувший ее бедра, открытые до середины и покрытые легким загаром. Присев, перекинула ногу на ногу.
— Если не будешь на меня похотливо таращиться, расскажу.
— Это нечестно! — Макс отставил тарелку. — Одеться в стиле «шух-шухни меня», ярко накрасится и запретить смотреть? Я, пожалуй, вообще отвернусь к терминалу… Черт! Его матрица тоже тебя отражает.
Княжна широко улыбнулась, обнажив ровные некрупные зубки между ярко блестящими губами.
— Потерпи. Через пару дней прилетит же твоя красотка?
Подтекст выпирал аршинными буквами: ну разве она сравнится со мной. Без вопросительного знака, безальтернативное утверждение. Проигнорировала запрет на выезд Макса.
— Да. Кстати, когда могу занять домик для пары?
— Есть пара подходящих. Остались после радмиславовских.
То есть одевай окровавленную и простреленную шинель с трупа врага. Оч-чень мило.
— Спасибо! — неискренне поблагодарил Макс. — Ты в полной мере была осведомлена о побоище заранее?
— Не вполне, но подозревала. Помогала организовать твой поединок. А что оставалось делать отцу? Радмислав бы напал снова. Мы только предупредили угрозу.
— Радмислав — да! Но полегло 22 человека. В том числе не состоящие с вами в родстве. Плюс погибшие при спуске шаттла. Выпололи всех под корень, внушая себе: все ради будущего блага человечества.
По картинно-безупречному лицу пробежала тень.
— Именно так. Думаешь, мне приятно? Я в ужасе — до дрожи. Лучше бы жили как прежде. Но они не оставили отцу выбора. А он — идейный. Страшно сказать, ради главной задачи пожертвовал бы и собой, и мной.
В одном сомнений нет: охваченной ужасом Руслана не выглядела нисколько. Максимум слегка озабоченной: на лбу пролегла тончайшая складка и тотчас разгладилась.
— А можно… обойтись без жертв? Хотя бы человеческих?
— Конечно! — она заговорщически наклонилась вперед. — Придется пойти на некоторые экстремальные шаги, но уверяю: новые смерти исключены.
— Теплее. И коль заговорила об этом со мной, мне уготовано определенное место в ваших планах.
— Да! Но они еще не сверстаны в достаточной степени, чтобы с тобой ими делиться. Тем более — накануне коротенького медового месяца.
— Я — в отпуске?
— Не на месяц, конечно. На неделю. Потом… поможешь в реализации одной очень щекотливой договоренности.
— За тот же оклад.
— Не торопи меня! — Руслана напустила строгость. — Радиславичи всегда исполняют обещания наградить за верную службу, и ты уже много накопил заслуг. В том числе — спас меня. Никто не сомневается, что Горислав уничтожил бы всех в комнате, кроме брата. Готов выслушать предложение?
Как в «Бриллиантовой руке»: «Клиент дозревает, будь готов. — Заусегда готов!» Но вслух Макс сказал другое:
— Обычно мужчины что-то предлагают даме. Например, руку и сердце.
— Вот и предлагай своей… Ладно, сначала о деле. По выполнении задания ты получаешь чип, фамилию Радиславич, виллу около Кречета, долю в доходах семьи — не менее миллиона в год. Не пугайся, это не столько от сложности и опасности будущей миссии, сколько в силу заработанных ранее баллов. Отец намерен поставить тебя главным в космической добывающей отрасли семьи. Мало кто из наших способен за такое взяться, а в тебе я уверена.
— Спасибо, сестра-брат.
— Брат⁈
— Сама же говорила про братство членов фамилии.
Руслана фыркнула:
— Больше не называй меня мужским словом. Еще противнее, чем «дорогуша».
— В моем прошлом мире, чтоб уйти от этих непоняток, вообще обращались на «вы». Например: «ваше сиятельство». С намеком — я тебя одну уважаю больше, чем иных нескольких.
— Не усложняй. А что касается причины твоего отпуска, скажу тебе кое-что как будущая сестра, — она наклонилась еще ближе, чем в первый раз, получилось почти интимно. — Приготовься к разочарованию. Девушка на Севере, среди заключенных, вокруг тундра, уголовники и мрачные охранники, а тут здоровый, сильный парень. Амур практически неизбежен. Но на воле и жизнь другая, и мы другие. К тому ж ты сильно изменился, даже на моих глазах.