Наконец, из двери, а их в белоснежных стенах холла было всего лишь две, - друг против друга, в противоположных стенах зала, - показался второй лакей или, может быть, повар, - в колпаке, - который толкал перед собой серебристую с золотой плетёной вязью и инкрустацией из драгоценных камней тележку на колёсиках из плотной губчатой резины, отчего, поскольку не было слышно ни звука, - а сам слуга был в мягких парчовых тапочках вроде украинских черевичек, - казалось, что он плывёт к ним по облакам, отражающимся в наполированном до безумия бетонном полу, красоте которого мог бы позавидовать любой мрамор.
"Подплыв" к ним, слуга с присущей всему окружающему стилю грацией выставил на стол приборы и блюда и тут же, поклонившись, удалился. Второй же, тот, что всё это время стоял подле, пододвинул к каждому гостю его тарелку, небольшую чашечку для кофе и приборы, разложил из золотой бутербродницы по нескольку видов бутербродов, присовокупив к ним трюфеля и соус, и после того, как перед каждым стоял одинаковый, словно по какому-то странному стандарту, сделанный набор для ланча, удалился, пожелав приятного аппетита.
За неспешной трапезой, поскольку, судя по обстановке, стало понятно, что ожидание затягивается, троица провела с добрых полчаса. Наконец, дверь, противоположная той, в которую их сюда впустили, открылась, и какой-то другой лакей, не из тех, что были прежде, вышел из неё и пригласил Битлера, Охромова и Гладышева следовать за ним.
Всё это было похоже больше на шоу или же на приём в одной из самых изысканных и высоких сфер. И Битлер, до того ни разу не присутствовавший в качестве сопровождающего на подобных мероприятиях, - сюда он приходил единственный раз, с Грейс, и только поэтому знал о существовании этого места, - подумал, что, пожалуй, приём у Королевы Англии проходит с меньшей помпой. Особенно, если взять, что таких посетителей бывает не по одному в день. Впрочем, конечно же, так принимали далеко не всех и не всегда: сюда, хотя в резиденцию "Шестьсот шестьдесят шесть" приглашали лишь самых исключительных гостей.
Пройдя просторным белым коридором, в котором отовсюду лился свет, а в конце его стояла скульптура Люцифера, - о чём гласила надпись на квадратном невысоком пьедестале-подножье статуи: "Люцифер - Ангел Света", - гости в сопровождении слуги, не доходя до неё, повернули направо и вошли сквозь распахнувшиеся широкие двустворчатые толстые дубовые двери в просторный кабинет с огромным матового, белёсо-лазоревого стекла столом в виде не то овала, не то кляксы посередине.
Над столом в разных местах, прямо в воздухе медленно вращалось несколько цветных объёмных голограмм, оставшихся, видимо, от предыдущего посетителя: всё было сделано таким образом, чтобы гости не знали, кто был перед ними, и кто будет после. Впрочем, в конструкциях, светящихся яркими красками над столом, Битлер сразу угадал знакомые силуэты. В одном он узнал мегаэнергостанцию проекта "Экзо Терра", ту же, какую Кантемиров рисовал ему на бумаге, а в другом - скайполис небесного поселения проекта "Альфа Апроксима", и потому догадался, что отсюда только что вышли Грейс и Кантемиров: кто ещё мог привести к МакПартни Кантемирова, как не Грейс?..
Это было просто удивительно. Про себя Битлер, глядя на эти яркие вращающиеся голограммы негодующе недоумевал, потому как такие важные события, как аудиенция русского изобретателя у его тестя и представление тому проектов, которые сам финансист забраковал и отверг, вдруг стремительно проскользнули не только мимо него, но и за его спиной. И теперь стало ясно, что всё, что касается Кантемирова, происходит не только как-то уж чересчур быстро, но и совершенно бесконтрольно с его стороны. А главное, движется в совершенно недопустимом и неожиданном направлении.
"Как это могло случиться?! - думал Александр, растерянно и ошеломлённо глядя на голограммы конструкций, плавающие над лазоревым столом. - Кто и когда, а, главное, - на какие "шиши" успел изготовить по чертежам Кантемирова дорогущие 3D-макеты для демонстрации их на голографическом видеопроекторе, выполнив при этом сложнейшую и кропотливейшую работу на редком и стоящем баснословных денег инженерно-проектировочном комплексе?.. Как всё это могло произойти столь стремительно?!.. Ведь это же я собирался, хотел и должен был предложить Грейс заняться проектами Кантемирова!.. Да и виделись они всего-то раза два-три, если считать вчерашний рождественский сочельник!.. И вот уже сегодня утром, не сказав мне ни слова, Грейс приводит Кантемирова к отцу?!!!.. Иначе как с ней Кантемиров попасть сюда никак не мог!.. А откуда взялись эти крутящиеся передо мной голографические модели?!.."