Она снова оказалась в седле, вцепившись старческими узловатыми пальцами в развевающуюся гриву и устремляясь в погоню за мстителем. Но лекарство наконец начало действовать. Диван замедлил ход, руки упали на колени, веки стали опускаться.
— Пускай дальше скачет в одиночестве. Я знаю конец. Он догонит моего соблазнителя среди песчаной бури и... — Миссис Эванс начала клевать носом. — Извини, Тедвард, мне так хочется спать. Пожалуй, я лягу. С твоей стороны было очень любезно провести полчаса с полоумной старухой. ~ Она с трудом вскинула голову и посмотрела на него. — Надеюсь, я наговорила не слишком много чепухи? Я читаю так много, и иногда пугаю книги с действительностью, и мои мысли съезжают с рельсов.
— На сей раз съехал только ваш парик, — сказал Тедвард. Его большие добрые руки поправили парик, и он отправился на лужайку подбирать подушки.
На следующее утро Стэнли Брикс, молодой джентльмен со слишком маленькими усиками и слишком большим количеством пятен на затылке, пересекал Ла-Манш (его паспорт был в полном порядке), чтобы вести тоскливое существование за границей, покуда не истощится его скудное содержание. Лучше убраться с дороги, думал Стэн Брикс, терзаясь морской болезнью, чем иметь дело с отвергнутой женщиной, а тем более быть замешанным в убийстве... Но правда состояла в том, что, хотя его семья смогла дать ему достаточное образование, чтобы ощущать себя джентльменом и испытывать величавое презрение к собственным родственникам, она все еще маячила на заднем плане, и ее приходилось терпеть ради чеков и прочего. Стэн не мог вынести мысли об их поддразнивании и грубый, вульгарный смех (ибо его сестры не пользовались благами образования), когда они узнают, что он фигурировал в Вест-Энде, как «просто Станислас». Имя звучало таинственно, возбуждающе, смутно намекая на знатное происхождение. «Граф Станислас Брикс» назвал бы его отец, хлопая по плечу зловонной рукой, поскольку Брикс-старший зарабатывал деньги, торгуя рыбой, и нисколько этого не стыдился, а сестры кричали бы: «Стэн, Стэн, одурел совсем!», прыгая вокруг стола, покуда он допивал свою чашку чаю с долькой лимона и «специальным» тостом. Нет уж, благодарим покорно? Эта маленькая дурочка Мелисса была довольно забавной с ее наивным восхищением, а Роузи была просто великолепна — не стала шарахаться от него, хотя они ни разу друг друга не видели, пока не столкнулись в тумане позавчера вечером, но во Франции девушек полным-полно, а папаша, наивно гордившийся своим блистательным отпрыском, был готов выложить бабки, дабы он мог завершить образование на континенте. В итоге Стэн отплыл послеполуденным пароходом, уверенность мистера Чарлзуэрта в том, что он скоро его разыщет, не оправдалась, а Роузи и Мелиссе осталось только предаваться гневу и воспоминаниям. Последние, по крайней мере, были приятными. Мелисса была не в том положении, чтобы выбирать, а Роузи в тумане не заметила ни жалкого вида усиков, ни веснушек. Таинственный Станислас набросил на себя темный плащ и растаял в небытие, откуда явился.
Произошли еще одно убийство и расплата за оба преступления, прежде чем Стэн Брикс вновь показал свою физиономию в Англии.
Глава 8
Мистер Чарлзуэрт решил, что пришло время поехать в морг и поговорить с доктором Литтлджоном, патологоанатомом, о результатах вскрытия, и пригласил, как один мальчик другого на детскую вечеринку, инспектора Кокрилла сопровождать его. Кокки согласился без особого энтузиазма и сел в черный полицейский автомобиль, положив на колени огромную шляпу.
Выпотрошенный труп Рауля Верне, похожий на огромного оловянного солдатика, если не считать полностью обнаженного состояния, лежал в узкой фарфоровой ванне с безобразными синими вздутиями на плечах и бедрах, где кровь постепенно скапливалась после смерти, но в остальном выглядел мирно спящим. Прямая линия черного шва тянулась через живот и грудь, но редкие черные волосы были аккуратно причесаны, скрывая проломленный череп. Доктор Литтлджон выложил его печень и легкие на эмалированные подносы и медленно переворачивал их кончиками пинцета.
— Ничего неожиданного. Он умер от пролома черепа, разрыва мозга и так далее. — Доктор пустился в профессиональное описание ран.
— О’кей, — остановил его Чарлзуэрт. — Мы вас поняли. Он умер от удара по башке, вероятно, слегка наклонившись или вытянув голову вперед. Убийца стоял позади и чуть правее его. Правильно?
— Примерно, — кивнул Литтлджон. — Я подробно все изложу в заключении, но в общем вы правы.