— Вы говорите, что звонили домой, но не получили ответа?
— Связи не было — если помните, он, падая, вырвал шнур.
— Когда вы первый раз пытались позвонить?
— Не помню. — Томас пожал плечами. — Какое это имеет значение?
— Мелочи часто оказываются важными, — нравоучительно произнес Чарлзуэрт. — Откуда вы звонили?
— Я же говорил — из телефонной будки.
— Где она находилась?
— Понятия не имею. Я увидел свет, мерцающий сквозь туман, и решил попробовать уточнить адрес — Мелисса Уикс могла уже вернуться, а я не сомневался, что сообщение приняла она. Но ответа не было, и я поехал домой.
— Вы не пробовали связаться с оператором?
— Нет.
— И вы так легко отказались от своего намерения?
— Прежде вам казалось странным, что я не бросил попытки найти адрес, а теперь вам внушает подозрение, что я внезапно это сделал. Я проездил в тумане два часа, замерз, устал и проголодался после долгого утомительного дня. Можете считать, что я обрадовался предлогу оставить поиски и вернуться домой.
— В котором часу вы пытались позвонить?
— Не знаю. Я сразу поехал домой, так что можете рассчитать время.
— Сколько времени заняла обратная поездка?
— Я уже говорил, что не знаю. В тумане она казалась очень долгой. Где-то от пятнадцати минут до получаса.
— Значит, нам бесполезно рассчитывать время?
— Пожалуй, — печально усмехнулся Томас.
— И вы вернулись домой в...
— Примерно без десяти десять, — терпеливо ответил Томас.
— Обнаружив этого человека убитым?
— Да. Все стояли вокруг тела — семья и доктор Эдвардс.
— Естественно, вы были ужасно потрясены?
— Я был слегка удивлен.
— Тем не менее вы сохранили достаточно спокойствия, чтобы посмотреть на часы — очевидно, впервые за вечер — и узнать, что было без десяти десять?
Томас раздраженно хлопнул рукой по колену.
— Мой дорогой инспектор! Тело нашли около без двадцати десять, а все утверждают, что я вернулся минут на десять позже. Это время вы легко можете рассчитать. Я, во всяком случае, это сделал.
— Предвидя, что вас будут расспрашивать?
— Я рассчитал время, когда меня спросили об этом в первый раз, — сказал Томас. — Сейчас вы четвертый раз спрашиваете. Я заучил это наизусть.
— Вы отправили доктора Эдвардса за полицией, как только вошли?
— Не как только, но очень скоро. Впрочем, я его не отправлял — он вызвался сам.
— Ну-ну, какая разница...
— Мелочи часто оказываются важными, — процитировал Томас.
— Возможно, вы бы хотели снова рассказать, как все происходило...
— Я бы не хотел, но не возражаю, если это необходимо, чтобы предъявить мне обвинение. Я вошел примерно через десять минут после того, как они обнаружили этого человека мертвым. Тогда я спросил, вызвали ли они полицию, и они ответили — или сами сказали, точно не помню, — что телефонный шнур был вырван при падении и им не удалось позвонить. Я предложил, чтобы кто-нибудь из нас съездил в участок на машине, и доктор Эдвардс вызвался это сделать. Как вам известно, он добрался в участок минут через десять, что еще раз подтверждает безумно важный факт о времени моего возвращения домой. С ним приехал полицейский сержант. Это все, что я знаю.
— А вам не пришло в голову, как хозяину дома, самому поехать за полицией?
— Какая разница, кто это сделал? — чуть не прорычал Томас.
— В том, что касается полиции, .никакой. Но почему вы не поехали?
— Не имею ни малейшего представления. Тедвард вызвался поехать, и никто не возражал.
— А не потому, что вы уже поставили машину в гараж и не хотели выводить ее снова?
Несколько секунд Томас хранил молчание.
— Только потому, что Эдвардс предложил это сделать, — сказал он наконец.
— Но вы поставили автомобиль в гараж?
— Я всегда так поступаю, приезжая домой.
Гараж дома на Мейда-Вейл находился под кухней слева от парадного входа. Дома, стоящие на подъеме от Мейда-Вейл к Сент-Джонс-Вуд, имели полуподвалы, а парадные двери, к которым вели ступеньки, располагались пятнадцатью-двадцатью футами выше Мейда-Вейл, образующей продолжение Эджуэр-роуд в сторону Килберна. Прямая подъездная аллея вела к гаражу через тротуар.
— Но в данном случае, доктор Эванс, вы поставили машину в гараж сразу по прибытии? — Так как Томас снова заколебался, Чарлзуэрт добавил: — Думаю, доктор, на этой стадии я должен предупредить вас. Похоже, вам кажутся эти вопросы трудными, а мы менее всего хотим загнать вас в ловушку. Вы имеете право отказаться отвечать без присутствия вашего адвоката, но все, что вы скажете, будет зафиксировано и может быть использовано в качестве доказательства. Я очень сожалею, что мне приходится вам об этом говорить. — Мистер Чарлзуэрт раздавил окурок в пепельнице.