— Но это был не внезапный приступ отчаяния, а тщательно продуманный и осуществленный план. — Кокрилл собрал кружки и направился с ними к стойке. Чарлзуэрт наблюдал, как он возвращается с полными кружками, пробираясь сквозь толпу боком, как краб, и не расплескав ни капли. — Нет, самоубийство отпадает.
— Тогда, все еще с милосердной точки зрения...
— Милосердие тут ни при чем, — прервал Кокки. — Не будем обманывать себя. Это не было ошибкой. Предположим, кто-то хотел помочь Роузи избавиться от ребенка и, зная, что доза, предписанная доктором Эдвардсом, неэффективна, подсказал ей способ раздобыть двойную, тройную или даже четверную дозу. Но не двенадцатикратную! Никто в здравом уме не пошел бы на такой риск.
— Ей могли посоветовать меньшую дозу, а она подумала, что чем больше, тем лучше.
— Только не в двенадцать раз.
— Тем не менее Роузи приняла двенадцатикратную дозу.
— По совету кого-то, кому она доверяла, — настаивал Кокрилл.
Чарлзуэрт задумался.
— Мы говорим о любителе? — спросил он.
— Мы говорим о Матильде Эванс, старой миссис Эванс и Мелиссе Уикс.
— Но это мог быть не любитель, а врач.
Кокки молча пожал плечами.
— Я имею в виду, — продолжал Чарлзуэрт, — доктор Эванс мог ей это посоветовать, прежде чем его арестовали. Ничто не доказывает, что он не знал о ребенке.
— Мог, — согласился Кокрилл. — И он, и доктор Эдвардс могли ей это посоветовать. Никто из них не мог законным путем выписать Роузи дозу, достаточную для прерывания беременности, но они могли придумать такой способ, чтобы помочь ей, не подвергая себя риску. Но если так чудовищно ошибиться не мог даже любитель, то профессионал тем более. — Круглая жестяная баночка, в которой Кокки хранил табак, скатилась со скользкого сиденья и со звоном упала на пол. — Черт бы ее побрал! — Кокрилл поднял баночку и выпрямился, прижав руку к пояснице. — Я стар, и мои кости стали чувствительными. Они чувствуют, что это убийство...
Но кем оно совершено? Убийцей Рауля Верне, или в маленькой группе обычных людей, находящейся в доме на Мейда-Вейл, скрываются двое убийц? Матильдой Эванс? Но Матильда ни секунды не верила, что Рауль Верне был соблазнителем Роузи: она считала, что ее любовником был молодой студент. И какой смысл Матильде убивать Роузи, да еще по тщательно подготовленному плану? Только потому, что, «залетев», Роузи навлекла беду на всю семью?
Старой миссис Эванс? Но она не могла поднять искалеченную руку, чтобы нанести удар, а убивать Роузи у нее также не было причин, ибо миссис Эванс верила в историю о сильном молодом рыбаке с Востока и считала внучку не слишком виноватой.
Тогда Мелиссой Уикс? Мелисса едва ли стала бы так жестоко мстить соблазнителю Роузи. Что касается самой Роузи Эванс, то что Мелисса могла против нее иметь, кроме того, что Роузи, возможно, увела у нее дружка, разрушив очередную надежду? Томас был в тюрьме, когда план убийства Роузи осуществился; к тому же он всей душой любил младшую сестру и ничего не знал о ее любовных связях. Или Тедвард?..
— Не знаю, убил ли он француза, — сказал Кокки, — но можете ли вы представить его убийцей девушки? Тедвард был влюблен в нее, когда она была еще подростком. Конечно, он узнал, что Роузи обманывала их всех, и если он убил Верне, то он убил его абсолютно незаслуженно. Но даже в таком случае... Понимаете, если Тедвард посоветовал Роузи этот план с рецептами, то сделал это в тот вечер, когда отвел ее наверх, якобы дать ей успокоительное. Только потому, что он в ней разочаровался? Это не выглядит убедительным. — Кокрилл покачал головой, и жестяная баночка снова скатилась на пол. — Но мои кости чувствуют, — добавил он, подняв ее, — что это было убийство, убийство с помощью совета, совершенное неизвестным лицом или лицами.
Два дня спустя на возобновленном дознании присяжные, озадаченные множеством возможностей и альтернатив, выбрали именно эту — наиболее возбуждающую — и вынесли соответствующий вердикт.
Глава 14
Обозначенные таким образом, как неизвестные лицо или лица, обитатели дома на Мейда-Вейл вместе с Тедвардом, похожим на призрака в старом поношенном пальто, которое за ночь, казалось, стало ему велико, столкнулись с возникающими в подобных случаях рутинными проблемами. Интервью, вопросы, ответы, инструкции, полиция, любопытные, вездесущая пресса... Не проходило и дня, чтобы их имена не появлялись в газетах с весьма неточными деталями частной жизни, серыми нечеткими фотографиями, вводящими в заблуждение заголовками, неверно интерпретированными «воспоминаниями» друзей. Если правда, что аппетит приходит во время еды, думала Матильда, то публика вскоре наестся до голодного состояния. Все с нетерпением ожидали нового появления Томаса в магистратском суде.