– Хватит! – решила она, отложив карандаш. – Работы здесь на несколько дней, хорошо, если бы нам оставили ключи. Арман, попытайся обаять этого аптекаря! Мы его за это на «Вспышке» покатаем…
– И позволим покрутить руль, – кивнул Кампо, думая явно о чем-то другом. – Обаяем… А знаешь, Мод, строго говоря, старая живопись тоже – сплошная фантастика. Кентавры, драконы, фавны, нереиды, Олимп со всем сонмом богов…
– Не фантастика, а мифология, – наставительно уточнила эксперт Шапталь, закрывая папку. – Иначе ты в фантасты и Данте зачислишь. Странно, что все картины – без названий, хоть подпись автора всюду есть. И рисунки без комментариев. Такое впечатление, что Трамбо работал исключительно для себя.
Красавчик улыбнулся:
– Или для своих друзей с планеты Зеленого Солнца. Итак, приказ ясен: объект обаять, ключи получить. Идем?
За порогом – узкая аллея, обсаженная кустами тамариска, слева и справа – старый запущенный сад. В прежние годы, при жизни хозяев, здесь наверняка было спокойно и уютно. Мод внезапно поняла, почему Франсуа Трамбо вернулся. После дальних планет, разноцветных солнц и черного безвидного космоса, рассеченного острыми стрелами ракет, захотелось вдохнуть позабытый запах потревоженной земли, пройтись по садовой аллее, тронуть рукой теплое дерево старой калитки.
Эксперт Шапталь невольно усмехнулась. Фантастика, конечно. Но – растревожило. Правильно, что сюда заехали, несмотря на телеграмму из Парижа. Почему шеф был против? Может, ему фантастика не по душе?
Негромко звякнули ключи в сумочке. Звук был странным, металл как будто превратился в лед.
В зеленый лед.
– Жорж! Жорж, где вы?
Не дождавшись ответа, недоуменно оглянулась. Никого! Впереди неровное пустое поле, серая полоса грунтовки, позади – мертвый дом.
– Арман, загляни в кемпер.
– Здесь тоже никого, – донеслось из-за машины.
Все еще не веря, Мод обошла черную тушу «Вспышки», поглядела на открытую дверь.
– Пропали, – сообщил Кампо, появляясь из кемпера. – Паниковать не будем, рассмотрим все возможные версии…
Черноволосый спрыгнул вниз, оглянулся, скользнул рукой под пиджак. Мод поняла и щелкнула замком сумочки, где прятался маленький «испанец».
Они вернулись к кабине, Арман без особой нужды открыл переднюю дверцу, заглянул внутрь.
– Не думаю, что это розыгрыш… Знаешь, Мод, самое разумное сейчас укатить отсюда подальше и наши версии обсудить с первым же встречным жандармом. Ключей нет, но завести смогу, невелика хитрость.
– Может, они в доме? – девушка поглядела в сторону калитки. – Или в саду? Пойдем поищем.
Черноволосый задумался, почесал кончик длинного носа.
– А знаешь, все равно. У меня такое чувство, что нам отсюда просто так не уехать.
Достал браунинг, взвесил в руке. Спрятал.
– Может, и в самом деле в саду?
За калиткой было пусто и тихо. Мод прошлась вперед по тамарисковой аллее, остановилась.
– Жорж!
Хотела позвать и аптекаря, но фамилия толстяка отчего-то выпала из памяти.
– Жорж, где вы?
Кампо, стоявший у калитки, выглянул наружу – и быстро отступил назад.
– Знаешь, Мод, кричать, пожалуй, не стоит. И бежать не надо. Идем в дом, попытаемся закрыться изнутри.
Переспрашивать девушка не решилась.
Арман догнал ее уже возле самой двери. Оглянулся… Сзади послышался резкий, неприятный скрип.
Калитка!
Мод попыталась открыть дверь. Потянула за ручку, раз, другой, третий…
– Мышеловка, – очень спокойно проговорил Кампо. – Что и требовалось доказать.
– Мадемуазель Шапталь! Не волнуйтесь, все в полном порядке, уверяю вас.
В проеме калитке – знакомый толстячок.
– Сейчас открою, и мы поговорим. Тихо, мирно, и спокойно.
Трое, стоявшие за его спиной, согласно кивнули.
– Полтор-р-ра! Повтор-р-ряю для особых непонятливых: полтор-р-ра!.
Упор лежа, руки согнуты ровно наполовину. Наглая травинка тычется прямо в нос…
– Итак, ублюдки! Слушайте и запоминайте. Мое звание: обер-р-р-фельдфебель. Обр-р-ращаться ко мне следует: господин обер-р-р-фельдфебель. То, что у меня нет погон, вас, ублюдки, совер-р-ршенно не касается… Полтор-р-ра, я сказал!