Видение закончилось. Дальше я сплю спокойно и без сновидений. Знаю, ни одно из таких видений я никогда не забуду.
Отец, устав смотреть как мы мешаем воинам заниматься, выделил нам отдельное место. За казармой кончается холм, резко обрываясь. На краю обрыва стена из бревен. Между стеной и казармой место и дали. Небольшой пятачок земли, в шесть метров шириной.
Нам хватило. Ничего действительно мощного мы пока сотворить не можем. Фрес создал из земли валун в рост человека. На нем тренируем что-нибудь опасное.
С каждым днем холодает все сильнее, по ночам валит снег. Народ по домам сидит. Стражники утром вместо зарядки с лопатами по территории поместья носятся, снег очищают.
Прошел наш день рождения. Теперь мне шесть лет, есть чему порадоваться. В качестве подарка нам вручили здоровый ягодный пирог. Сладкий, горячий, он пошел на ура, смолотили за минуты. Травница Нигильда приехала, ей пришлось задержаться в Белом Саду, народ простужаться стал.
А мы, день за днем, без устали проверяли знания по магии из мира Кирн. Как и сейчас. Сегодня действительно жуткий мороз напал, воздух кристально чист. Я любуюсь горами Турдум, как на пиках блестит солнечный свет. Позади громыхнуло.
— Тьфу ты, — Фрес отплевывается от снега, — Зараза!
Брат валяется лицом в снегу, рядом проплешина до земли.
— Не сработало?
— А ты как думаешь?!
— Ну, должен же я хоть что-то сказать? Не каждый день родные братья мордой в землю снег жуют.
— Ты не отлынивай, — Фрес встает, отряхивается, — Вспомнил что-нибудь без рун? Хоть какая-нибудь вшивая пентаграмма должна сработать! Есть же отклики на некоторые фигуры!
— Мы оба знаем, что Звезда Амона без рун работает как барьер, — я пожимаю плечами, — Руны там нужны для создания Эфирного Барьера, передачи силы, задавания размеров и формы сферы. Вот только пробовать с маной вместо эфира я не рискну. Тем более без рун.
— Да чего тебе стоит? — раздраженно спрашивает брат, — Я понимаю, что управлять потоками маны тяжело. Но контроля на такое у меня пока не хватит. Попробуй, Азидал!
— Это на седьмой ранг, а я третий. Так и убить может.
— Это там, — махнул рукой Фрес, — А тут тебе не там! Пробуй давай! Ни одного заклинания не работает! Хоть что-нибудь мы должны получить!
Я вздыхаю…И сдаюсь. Аргументы Фреса действительно весомы. На управлении стихиями далеко не уедешь, надо что-то еще.
— Если я помру, обещаю набить тебе лицо в Чертогах Даргала.
Плавно разгорается магическое ядро, щедро делится маной. От холода и магии по коже бегают мурашки. Сделать в воздухе пятиконечную звезду, воплотить ее всю плавным рывком, разом. Провернуть такое с тяжелой, плотной маной сложно, муторно. Звезда должна быть идеально ровной, равные углы. Самое нелегкое — закольцевать потоки. Ведь линии звезды это есть ничто иное, как тонкие потоки. Надо их правильно соединить, обеспечив плавную циркуляцию энергии.
Поднимаю правую руку, складываю пальцы крестиком. Мне так проще. С плавным выдохом провожу ману по каналам, незримые потоки маны вырываются из правой руки. Звезда Амона воплощается вся разом. Ее становится видно! Золотая пятиконечная звезда висит передо мной.
— Попробуй подать ману через центр звезды, — Фрес не отрывает взгляда.
— Никак, — я развеиваю фигуру, — Фух. Если проводить еще один поток через звезду, то надо его создавать изначально. Все делать одновременно и быстро.
— Попробуешь еще?
— Конечно. Первый результат за такое время.
Повторяю сначала. Только теперь через центр посылаю широкий поток маны. Каналы в руке тянет от напряжения. Звезда резко вспыхивает. Поток маны, идущий сквозь нее, превращается в барьер. Округленная стена из плотной маны, золотистая.
Нижняя часть барьера врубается в снег, с легкостью вгрызается в землю. Держу еще секунду, развеиваю.
— Маны почти не остается. Этот барьер выпивает силы с огромной скоростью.
— Как назовем? — Фрес радуется, разрумянился на морозе.
— Со словом барьер у меня не очень приятные воспоминания остались. Пусть будет Щит Амона.
— Все стараешься почтить учителя, — поддевает Фрес.
— Основа то на его разработках. Надо еще опытным путем выяснить, как он защищает.
Молчим. Я отдыхаю.
— Ну да, ну да, — Фрес отвечает невпопад, резко задумался о чем-то, — Может? Да нет. Хотя?