— Ты ж из Первых! — обвинительно тычет пальцем тетка, — Чистая человеческая кровь! Почему ты на стороне нелюдей?!
Перед моими глазами встает картина видения. Израненного человека тащит на себе низушник. Делится едой. Привечает, как доброго друга.
— Потому что это правильно, — спокойно встречаюсь с ней взглядом, — Потому что здесь не правы вы. Для людей, всех людей, народ Кэхас не враги. Сколько они сделали для нас? Где ваша благодарность? Первые люди клялись в вечной дружбе, поддержке! Как вы посмели забыть это!
Под конец я, не сдержавшись, рявкнул на людей. Первые ряды аж вздрогнули. Я пальцем указываю на осколок камня на земле, со следами моей крови.
— Так вы учите детей принимать дорогих гостей? Камнями? Этот осколок летел ему, — киваю на низушника, — В глаз. Он на всю жизнь запомнил бы подобную доброту людей.
Демонские путы скользят, им труднее зацепиться. Люди чувствуют стыд. Но отнюдь не все.
— Вы можете вернутся домой, который мы вам позволили здесь построить. В тепло, уют. Так-то вы отплатили правящей семье? Графу будет плевать, что вы мне кровь пустили. Этим камнем и криками вы считай плюнули в честь властителей Альсаса.
Подхожу к тетке. Мы одного роста. Смотрю прямо ей в глаза, не моргая.
— Вы здесь тоже пока гости. Не такие дорогие и почтенные. Вам мы дали все. Дом, работу, землю. Защиту.
Женщина пятится. Отводит взгляд. Вместе с ней отводят взгляды и остальные.
— Как когда-то нам ее дали Кэхас. Все еще ненавидите их? А может, моего отца? Раз так обращаетесь с гостями графства?
— Нет, конечно нет, — оправдывается тетка.
Демоны бесполезно рыскают среди людей. Пыл толпы угас, так и не обратившись пожаром.
— Можете идти по домам, — взмахиваю рукой, — Расскажите другим, как пустили кровь сыну графа. И вам за это ничего не было. Всего-то плюнули в низушника. А попали в честь графской семьи.
Стою, скрестив руки. Позади возвышается Гилан, сверлит всех взглядом. Детишки, опасливо глянув на меня, подходят к низушникам.
— Извините нас!
— Мы так не будем больше. Никогда-никогда!
— Простите, хмыг, мы не хотели.
— Да ладно, чего уж там, — низушник чешет затылок, улыбается, — Озорничать это дело молодое.
Люди расходятся. Зато приходит кое-кто другой. На рыночную площадь буквально врывается десяток стражников. Ведомые Гданадом лично. Красным тараном, сквозь площадь они устремляются ко мне.
— Молодой господин, — Гданад встает напротив, — Ваш отец приказал немедленно явится к нему. По поводу остального… Приняты меры.
— Это какие? — улыбаюсь уголками губ, а сам шепчу едва слышно, — Колдун рядом, чувствую его.
Гданад дернулся, зрачки мгновенно расширились. Я же ощущаю, как демоны стремятся к своему хозяину.
— Если не начать действовать, он уйдет. Без меня не найдете.
Гданад про себя прикидывает риски. Борется между долгом и осторожностью. Резко кивает.
— Ведите.
К нам подходят низушники.
— Спасибо, Первый, — серьезно и с благодарностью говорит их старший, утирает ладонью глаз, — Умеет ваш брат речь задвинуть! Я чуть не прослезился.
— Я говорил, что хочу пообщаться, — киваю ему, — Познакомиться и поговорить. Но сейчас меня ждет срочное дело.
— О, не проблема! — низушник оглядывается на своих, — Мы будем в городе еще пару дней. Остановились в трактире "Бодрый Хер". Заходи, угостим выпивкой! Удачи с делом.
Низушник не растягивает разговор. Махает рукой и низушники бодро двигают вглубь города.
— Какое интересное название для трактира. Это же бордель, нет?
— А вы откуда знаете? — интересуется Гданад с хитрым прищуром.
— По нему видно.
— Ну да, ну да. Так где колдун, господин.
— Там.
Показываю рукой на юг. Конец города.
— Там, над домами вьются демоны. Словно колдун приглашает нас. До этого демоны скрывались незаметно.
— Так, я знаю эти улицы как свои сапоги. Парни, там плотно стоят дома, и всего одна узкая улочка с двумя проходами. Делимся и зажимаем его. Вы пятеро бегом в обход. Мы с господином и остальными пойдем медленно, чтобы вы успели прищучить гада.
— Есть! — пятерка стражи бодро потрусила по улочкам.
Мы пошли тихим шагом. Пара минут и мы там. Я не встреваю в разговор Гилана и Гданада, занят восстановлением маны.
— Не стоит ли еще позвать людей, — Гилан косится на мою макушку, волнуется, — Маловато нас.
— Я уже сражался с одним колдуном, — тихо отвечает командир стражи, — Скажу, что для них не важно, сколько там воинов. Сколько придет, столько и поляжет. Я рассчитываю на магию молодого господина.