Преодолевая коридор в третий раз, Мэри почувствовала нечто странное, будто что-то не так. Высоко подняв свечу, она огляделась, но не увидела ничего в круге света. Дальний конец коридора тонул во мраке, и, вглядываясь в темноту, Мэри снова ощутила неладное. Приказав себе не поддаваться глупым фантазиям, она вытерла рукавом пот со лба. Просто она начала уставать. Вот и все.
Мэри решительно продолжила свой путь. В конце коридора была лестница, ведущая в кухню. Семья никогда не пользовалась этой узкой лестницей, она была предназначена для слуг. Прямо напротив лестницы было узкое окно с длинными бархатными шторами, скрывавшими редко используемый диванчик. Вот там-то Мэри и собиралась передохнуть.
Однако с каждым шагом ее дурные предчувствия все усиливались.
— Я просто устала, — тихо сказала она вслух, пытаясь подбодрить себя.
Добравшись до лестницы, Мэри на секунду остановилась, ухватившись для опоры за перила. Краткий отдых, и она повернет к диванчику под окном.
Глубоко вздохнув, она отпустила перила.
Именно в этот момент чья-то рука впилась в ее спину, и не успела Мэри осознать, что происходит, как кто-то с силой толкнул ее. С криком ужаса она полетела вперед, отчаянно пытаясь уцепиться хоть за что-нибудь. Свеча выпала из ее руки. Ей удалось ухватиться за перила сначала одной рукой, потом обеими. Она снова вскрикнула, больно ударившись.
Пытаясь сесть, она осторожно подтянулась, но страшная боль словно разорвала ногу. Пришлось переждать несколько долгих секунд, пока боль чуть-чуть не притихла.
Затем Мэри со стоном села. И только тогда вспомнила, что надо бы оглянуться… но не увидела ничего, кроме мрака. Свеча ее погасла, что в некотором смысле следовало считать удачей. Не хватало еще поджечь Синклер-Холл! Однако теперь у нее не было никакого шанса узнать, кто же попытался сбросить ее с лестницы.
В дальнем конце коридора показался мерцающий свет, и Мэри охватила паника. Должно быть, своими криками она разбудила кого-то из домочадцев! Свет приближался, и вскоре Мэри узнала Малькольма Синклера. Видимо, она оказалась слишком близко от его комнат. Увидев Мэри, граф охнул и бросился вперед.
— Боже мой, Мэри, — послышался встревоженный голос Йэна. Он появился в коридоре, держа в руке канделябр… одновременно с Барбарой в прозрачном пеньюаре. Ее темные волосы рассыпались по плечам. Даже при тусклом свете ее щеки пылали румянцем, глаза сияли.
Мэри не могла удержаться от изумления. Она и не думала никогда, что Барбара может выглядеть так соблазнительно! До сих пор кузина была такой холодной и элегантной! Сейчас же Барбара выглядела так… Мэри взглянула на Йэна. Волосы всклокочены, халат — видимо, в спешке — кое-как натянут на голую грудь. Она отвернулась, старательно отводя глаза от Йэна, упавшего рядом с ней на колени.
— Мэри, что случилось? — в ужасе воскликнул он.
— Я упражняла йогу… — Мэри умолкла, поскольку мужчины удивленно уставились на нее, но затем гордо вскинула голову. — Пожалуйста, не читайте мне нотаций! Я помню, что доктор не разрешил, но уверяю вас, я тренируюсь уже несколько дней, и все было хорошо!..
— Очевидно, не так хорошо, как ты хотела бы нас убедить. Ты упала и разбилась! — Йэн был разгневан.
Мэри прищурилась и посмотрела на мужа в упор.
— Я не падала. Меня толкнули!
Воцарилось долгое молчание. Затем все трое заговорили одновременно:
— Но это невозможно!
— Кто осмелился бы на такое?
— Вы ошиблись…
Ее толкнули, однако ни один из них и слушать не хочет! Даже Йэн!
— Уверяю вас, меня толкнули! Поскольку никто мне не верит, нет смысла продолжать обсуждение.
Йэн побледнел.
— Трудно представить, что кому-то в этом доме пришло в голову причинить тебе вред!
Слуги и жители деревни благословляют землю, по которой ступает твоя нога.
— Мы никого не видели, а прибежали сюда сразу, как только услышали ваши крики. Как кто-то мог проскользнуть мимо нас? — ласковым тоном произнесла Барбара. Но глаза ее прищурены, губы крепко сжаты.
— Вы просто переутомились, — предположил граф. — И вам это показалось.
— А теперь… — заявил Йэн, — Мэри лучше лечь в постель. Я хочу посмотреть ее рану.