Мэри сложила руки на груди.
— В этом нет абсолютно никакой необходимости. Все нормально.
Нога действительно болела уже не так сильно.
Йэн не обратил внимания на ее уверения.
— Я отнесу Мэри в ее комнату и осмотрю рану. Если кто-то желает продолжить дискуссию, мы сделаем это утром.
— Может быть, нужна моя помощь? — предложила свои услуги Барбара.
Йэн отрицательно покачал головой и резко отвернулся от кузины. Через секунду Мэри оказалась в крепких объятиях мужа. Его сильные руки, его сильное тело — больше она уже ничего не чувствовала.
Он вошел в ее спальню и тщательно прикрыл за собой дверь, осторожно уложил жену на кровать и осмелился взглянуть в ее золотистые глаза.
— Теперь можешь идти, — сказала Мэри. — Мне не нужно твое обследование. Утром мы пошлем за доктором Эваном.
Не услышав ответа, Мэри оперлась на локти и свирепо уставилась на мужа. Золотые волосы рассыпались по плечам.
Разочарованно вздохнув, он выпрямился.
— Но сейчас-то что? Чем я рассердил тебя? Господи, Мэри, я больше не в силах жить без тебя! Я так сильно хочу тебя, что не могу думать ни о чем другом — ни днем, ни ночью. Я метался по своей комнате, мечтая получить право войти к тебе. А потом услышал твой крик… Почему ты всегда отвергаешь меня?
Кровь бросилась Мэри в лицо. Значит, он не был с Барбарой! Он думал о ней! Желал ее!
— Отвергаю тебя, Йэн? Не обвиняй меня. Я никогда не делала ничего подобного!
— Не отвергала?
Она была сейчас невыразимо прекрасна. Ее груди вздымались и опускались под тонкой ночной сорочкой… соски под его взглядом затвердели. Мэри охнула и попыталась прикрыться руками, но было слишком поздно. Тело выдало ее. Она хотела его так же сильно, как он ее.
Не в силах сдержаться, Йэн прижался губами к ее рту.
Со стоном отчаяния Мэри протянула руки, чтобы оттолкнуть его. Но они, против ее воли, сомкнулись вокруг его шеи.
Йэн обнял ее, притянул еще ближе к себе. Его поцелуй из робкого превратился в требовательный. Мэри таяла в его объятиях, не в состоянии уже думать ни о чем, кроме опаляющего жара его тела, словно перетекающего в ее собственное. Ее ноги раскрылись ему навстречу.
Йэн приподнялся, и одна его рука скользнула между ее бедрами.
— Мэри, милая, чудесная Мэри!
Медленно, осторожно его рука скользила по ее дрожащему животу, затем вверх к груди, лаская набухший сосок. Жаркие волны накатывались на тело. Ее грудь разбухала и ныла от желания, словно стремясь навстречу его прикосновениям. Но Йэн не спешил. Его пальцы скользнули к другой груди, лаская, требуя и утешая.
— О, пожалуйста, Йэн, пожалуйста!..
Йэн откинулся назад с хриплым смешком.
— О, Мэри, я почти забыл, как легко ты отзываешься на мои ласки, какие восторги ты даришь мне!
Мэри взглянула на него из-под отяжелевших век. Откуда-то, из самых глубин ее сознания, появилось желание увидеть Йэна таким же беспомощным от страсти, какой она чувствовала себя.
У нее было так мало опыта! Всего одна ночь. Но она была женщиной и чувствовала, что нужно делать. Надо сосредоточиться на том, что доводит ее собственное тело до такого неудержимого желания. Вероятно, мужчины испытывают то же самое.
Мэри неторопливо развязала его халат и прижалась губами к его теплому телу. Сколько раз Йэн переносил ее из одной комнаты в другую, столько же раз она представляла, как целует, ласкает пальцами эту мускулистую грудь.
Мэри приподнялась и толкнула мужа навзничь на постель. Йэн вопросительно взглянул на нее, и она покачала головой.
— Тсс, Йэн! Теперь будет по-моему.
Он подчинился и лишь смотрел затуманенным взглядом, как она склоняется к нему, как ласкает языком его грудь. Усилия Мэри были вознаграждены почти немедленно: Йэн затаил дыхание, закрыл глаза, его пальцы погрузились в ее волосы.
— Мэри, Мэри…
Незнакомое чувство собственной власти охватило ее, и она захотела сделать больше, заставить его дрожать от страсти, как он заставлял ее. Ее язык скользнул ниже, и она почувствовала, как сократились мускулы его живота. Ее собственное тело отозвалось новой вспышкой желания. Но когда ее голова склонилась еще ниже, к темным волосам между его бедрами, Йэн остановил ее.
— Нет, милая. Ты не готова к этому… пока…
Он притянул ее к себе, и она распласталась на его теле. Их губы встретились, раскрылись, его горячий язык заметался у нее во рту, кровь запульсировала в жилах с бешеной скоростью, и Мэри утонула в ощущении его в себе… под собой… вокруг себя…
Руки Йэна ласкали ее, затем прижали ее бедра к его телу. Больше ждать она не могла. Раскинув ноги, она вобрала его в себя, прежде чем он успел остановить ее, и изогнулась в исступлении. Йэн задохнулся от изумления и наслаждения.