Отпустив ее руку, я вышел из комнаты. Пока шел по коридору, неотрывно смотрел на свою ладонь. Она была еще теплой. Даже истекая кровью, она согрела мою гребаную руку. Я направился прямо к бару, налил себе большую порцию виски и залпом выпил половину стакана. Воспоминания, нахрен, нахлынули на меня. Воспоминания, которые я пытался забыть и навсегда похоронить внутри себя.
Я пришел к ней в тот день, когда их всех убили. В тот день, когда отца обстреляли гребаные русские. Мой взгляд скользнул в сторону спальни моего старика, где он все еще лежал. Все еще в коме, тело атрофировано и парализовано. Никаких признаков того, что он когда-нибудь очнется.
Ческа.
Чертова Ческа Харлоу-Райт.
Я услышал, как открылась входная дверь, и сразу понял, кто это. Через несколько секунд Эрик, Чарли, Винни и Фредди вошли внутрь. Они все смотрели на меня, чего-то ожидая.
— ЧТО? — рявкнул я, не собираясь разбираться с их дерьмом. Я был на грани. Я слишком много чувствовал сейчас. В этот самый момент я предпочел бы не чувствовать ничего, кроме разжигаемого ненавистью огня внутри меня. Она разрушала мой разум. То, что Ческа была здесь, ей было больно, и она, черт возьми, искала меня после года разлуки, разрывало мою голову на части.
— Во-первых, успокойся, психопат, — сказал Эрик, скрестив руки на груди. — А во-вторых, твоя бывшая цыпочка вваливается в клуб, избитая и изрезанная, и ты спрашиваешь «что»?
Я достал сигарету и прикурил. Сделав глубокий вдох, почувствовал, как никотин ударил по венам и дал мне секунду гребаной передышки.
— Она ворвалась в клуб, пробежала через гребаных вышибал и проскочила на танцпол. — Чарли налил себе бренди. — Неплохо для цыпочки, которую подрезали. — Он ухмыльнулся мне. — Упрямая малышка, не правда ли?
— Она пришла к тебе, — как всегда прямо сказал Винни. — Она искала тебя, Арти. — Он похлопал себя по глазам. — Ее глаза. Ее взгляд изменился, как только она увидела тебя. Как у Перл, когда она смотрит на меня. — Винни засунул руки в карманы и начал насвистывать «Ring a Ring o’ Roses», и теперь его взгляд был прикован к пейзажу какого-то загородного дома на стене.
— Разве она скоро не выходит замуж? Я видел их рожи на каждой странице светской хроники, — сказал Фредди, усаживаясь в кресло.
— Ты читаешь светскую хронику? — переспросил Эрик у Фредди, прикрывая рукой улыбку.
— Большинство ублюдков, которые должны нам деньги, постоянно мелькают на этих страницах, придурок. Я слежу за ними, чтобы они не пытались сбежать из города. Эти газетенки, похоже, знают о богачах даже больше, чем их собственные семьи.
— О, я и не знала, что вы все здесь, — сказала Бетси, входя в комнату. — Я думала, вы сегодня в клубе. — Она нахмурилась, глядя на нас, потом расправила плечи. — Что случилось?
Чарли кивнул в мою сторону.
— Ческа Харлоу-Райт. Что же еще могло так потрясти нашего бесстрашного лидера?
Глаза Бетси расширились, и я понял, что этот ублюдок говорил обо мне своей сестре. Между прочим, из-за этих остроумных комментариев я был примерно в пяти секундах от того, чтобы снести ему голову.
— Ческа? — спросила Бетси.
— Она самая.
Чарли ухмыльнулся, когда я бросил на него испепеляющий взгляд. Мой кузен и друзья были единственными людьми на этой гребаной планете, которые не писались в моем присутствии.
— Ческа. И какое, черт возьми, вам дело? — всего за секунду моя семья заставила меня сорваться.
— Никакого, — Бетси пожала плечами и тоже налила себе выпить.
Я закурил еще одну сигарету и прислонился к камину, наблюдая за пляшущими языками пламени. Я представил себе Ческу, когда она была еще ребенком, в доме ее отца. Потом в восемнадцать лет в бикини на яхте. Она прижималась ко мне, а затем распласталась на обеденном столе на нашей яхте, пока я трахал ее, пока вонзался в нее, надеясь, что после этого она уйдет. Но вместо того, чтобы уйти, она захотела меня еще больше.
А потом годы. Чертовы годы, когда я брал ее всеми возможными способами. Ей нравилась грубость, которая нужна была мне. Всякий раз она набрасывалась на меня, делая меня чертовски зависимым от нее.
В комнате стало тихо, и я не мог этого вынести. Я знал, что они все смотрят на меня.
— Что? — снова крикнул я, вскинув руки. — Что это за чертова тишина?
Бетси, которую нисколько не тронула моя вспышка агрессии, наконец, заговорила.
— Просто я не видела тебя таким с тех пор, как… — Она замолчала, и мы все поняли, что она имела в виду. На следующий день после моего возвращения из Оксфорда, после того, как наших отцов не стало, мне пришлось встать у руля. В ту ночь я выбросил из себя все чувства и эмоции, которые испытывал к Ческе, и стал тем, кем должен был стать, чтобы моя семья выжила.