Ческа взглянула на меня из-под длинных ресниц. Она чертовски хорошо знала, что делает. Но я не реагировал. Пусть попробует спровоцировать меня, как чертова сирена. Я хотел посмотреть, как далеко готова зайти шикарная маленькая принцесса, чтобы заставить меня сдаться.
Она указала на одну из фигурок.
— Это что?
— Пешка.
Ческа кивнула, принимая ответ.
— Наименее ценная фигура?
— Солдат, — сказал я. — Не так много сил, как у остальных, но, тем не менее, она необходима.
— Как твои солдаты? — спросила она. — Для твоей фирмы?
Очевидно, девчонка из Челси проводила свои исследования. Явно с подачи Бетси. Я знал, что моя кузина прониклась симпатией к Ческе. И я видел хитрость и коварство в глазах Бетси, когда она упоминала при мне Ческу. Я не знал, что задумала моя кузина. Но что бы это ни было, это не сработает.
— Как и мои солдаты, — подтвердил я.
Ческа кивнула и указала на ладью.
— Может двигаться только в стороны или вперед и назад, — объяснил я.
Она указала на коня. Затем я рассказал обо всех фигурах, пока не осталось две.
— Значит, — сказала она, — это, должно быть, король и королева. Я не очень много понимаю в шахматах, но это я знаю.
— Король и королева.
Ческа откинулась на спинку кресла и принялась изучать доску.
— Так все это… — Она указала на фигуры. — Весь смысл игры в том, чтобы защитить короля? — Я кивнул головой. — Если король падет, это будет шах и мат? — Я снова кивнул.
— И дай угадаю, — сказала она с изрядной долей язвительности в голосе. — Король обладает наибольшей властью?
— Напротив, — сказал я, и, допив джин, поставил стакан. — Эта честь принадлежит королеве.
Ческа открыла рот, но не произнесла ни слова. Я поднял короля и внимательно посмотрел на богато украшенную фигурку из черного дерева. На корону с крестом на вершине.
— Король — одна из самых слабых фигур. Все остальные должны защищать его, так как его возможности ограничены. — Я пристально посмотрел на Ческу. — Ему особенно нужна королева. — Я стиснул зубы, но позволил себе сказать: — Она его самая важная часть. Его защитник. Его сила.
— И это действительно так? — спросила Ческа, понизив голос. Румянец покрыл ее щеки, и она облизнула губы. — А без нее?
— Короля легко побить. Мат. Игра окончена.
Ческа кивнула. Она посмотрела на книги, окружающие нас, но я знал, что она не смотрит на их названия или обложки. Она снова повернулась к шахматной доске и взяла свою королеву. Фигура была из слоновой кости, гордо носящая корону.
Ческа допила джин, поставила бокал на стол и смело встретилась со мной взглядом.
— Тогда я бы сказала, что в интересах короля не отталкивать ее.
Я позволил ее словам проникнуть в мой мозг. А потом позволил факелу, который она только что поднесла, разжечь огонь во мне. Ческа не отрывала от меня взгляда. Она давила на меня. Бросала мне вызов. Пыталась спровоцировать.
Это было что-то новенькое.
Я улыбнулся. Широко. Ее глаза округлились. Наклонился вперед, упираясь локтями в колени.
— Король не очень-то любит игры разума, — сказал я, наблюдая, как грудь Чески поднимается и опускается все быстрее. — Он не тратит свое время на королев, место которым только в их чертовом мире. — Я бросил своего черного короля рядом с ее королевой из слоновой кости. Свет и тьма. Противоборствующие стороны. — Королев, притворяющихся, что жаждут тьмы, но на самом деле мечтающих о благородном рыцаре на белом коне, который увезет в замок, как в какой-то гребаной сказке.
Я еще больше наклонился над доской. Ческа осталась на месте. То, что она отказывалась сдаться, заставило мой член дернуться в штанах. Я чувствовал запах геля для душа, которым она пользовалась. Миндаль или еще что-то. Что-то сладкое. Что-то, от чего мне захотелось облизать каждый дюйм ее кожи.
— Король, которого королева намеревается спровоцировать, и есть тьма. — Щеки Чески покраснели, ее оливковый цвет лица не мог скрыть ее желание. — Он не живет в замке из слоновой кости. Он живет среди монстров в призрачном лесу. В его мире нет дневного света, только ночь. Вечная гребаная ночь. Ни луны, ни звезд на небе, ничего, кроме безжизненных деревьев со сломанными ветвями и засохших кустов роз, пронизанных похожими на кинжалы шипами.
Я изучал лицо Чески, пытаясь представить ее в моем мире. Пытаясь представить ее рядом, держащую мою чертову руку. И тут же выбросил эти мысли из головы.
Это было не по-настоящему. И никогда не сможет быть реальным.
— А вокруг его королевства самые страшные ужасы, какие только может вызвать любой уровень ада. Демоны и монстры охотятся за троном короля, стервятники кружат, готовясь украсть его корону. Его трон стоит на костях его врагов, на жертвах, которых он разорвал голыми руками. — Я наклонился еще ближе. Так близко, что чувствовал дыхание Чески на своем лице. — Жертвах, которых он с удовольствием убивал и душил, наблюдая, как они борются за воздух.