Ческа судорожно вздохнула.
— И все же королева все еще хочет его, — сказала она, и трещина, которую она пробила в моей груди много лет назад, начала пульсировать.
Я выдержал ее взгляд. Мысленно велел ей бежать. Спрыгнуть с кресла и бежать, пока еще это возможно.
— Королева знает, кто и что такое темный король, и она все еще хочет быть рядом с ним. — Она опустила глаза. Я глубоко вздохнул, зная, что, в конце концов, она не выдержит. Но ее взгляд вернулся к моим глазам, сверкая гребаным огнем. — Она всегда хотела быть рядом с ним. Даже когда не знала, что это повлечет за собой. Когда она не знала всего.
— Не знала всего... — огрызнулся я, мой голос сочился ядом.
Я поднялся с кресла и, обойдя стол, подошел к ней. Я пнул ногой стол с шахматной доской, и фигуры со стуком упали на деревянный пол позади меня. Я поймал Ческу в ловушку, положив руки на подлокотники ее кресла.
— Королева ни хрена не знает, — сказал я. — Она знает только то, что позволила себе услышать. Она делает вид, что понимает, что должен делать король, чтобы удержать свое королевство. — Я помолчал и, улыбнувшись, наклонился еще ближе. Так близко, что мой нос коснулся кончика ее носа. — Королева понятия не имеет, о чем просит. Она просто наивная маленькая принцесса, играющая в корону большой девочки.
Лицо Чески нахмурилось, и, застав меня врасплох, она подняла руку и схватила меня за подбородок. А меня не так-то легко удивить. Взгляд заволокло красной пеленой. Я, черт возьми, видел красное. Но вместо того, чтобы оторвать ей голову за то, что она осмелилась прикоснуться ко мне, мне пришлось бороться с желанием прижать ее к стене и, трахать, пока она не закричит и не попросит сделать это снова и снова.
— Эта королева не играет в переодевания, — прошипела она. — Она ждет, когда король перестанет говорить загадками и, черт возьми, покажет, кто он на самом деле. — Она улыбнулась, и от этого дерзкого вида у меня закипела кровь. Ее ногти впились в кожу на моей челюсти, и мой член напрягся. — Она ждет монстра, от которого ее все предостерегали. Чтобы он вышел поиграть. А не красивый фасад, за которым он прячется.
Ческа приблизила мое лицо к своему, коснулась губами моих губ и продолжила.
— Она ждет и всегда ждала, когда король покажет свое истинное лицо. И тогда он поймет, что ей не нужен доблестный рыцарь на белом коне, который увезет ее в счастливое будущее. Она ждет, когда появится чертов дракон, чтобы сжечь любого, кто встанет у него на пути, и потребовать королеву раз и навсегда. Ей нужен дракон, Ваше Величество, — насмешливо сказала она. — Она хочет огня. Ей нужны шипы и острые, как бритва, ветки. Она хочет вечной гребаной тьмы. Она хочет сидеть рядом с королем на его драгоценном троне из костей.
Ческа тяжело дышала, как будто адреналин бурлил в ее крови. Я схватил ее за запястье и сжал, пока ее пальцы не оторвались от моего лица. По тому, как жгло следы от ее ногтей, я понял, что она разодрала кожу до крови. Мое сердце грохотало в груди, а кровь превратилась в лаву, обжигающую и испепеляющую стенки моих вен.
— Ты хочешь тьму? — сказал я ей, прижимая ее грудью к спинке кресла. — Тогда ты получишь тьму. Тебе нужен гребаный дракон, огонь и кровь? Тогда ты получишь гребаного дракона. Ты хочешь костей, плоти и смерти? — я провел рукой по ее щеке и вниз по шее, затем прикусил зубами ее горло. — Тогда ты получишь гребаную смерть, — сказал я в ее обжигающую кожу.
Я отстранился, глядя на Ческу, которая сидела, откинувшись на спинку кресла и вцепившись в подлокотники. Смотрела на меня так, словно я был до последнего дюйма Темным Лордом, как меня называли в жалких газетенках.
— Завтра вечером ты можешь пойти с нами, и мы посмотрим, хочешь ли ты все еще жестокости и разврата, из-за которых, как ты утверждаешь, твоя киска становится мокрой.
Ее глаза сузились от моей грубости. Но, когда я подошел к двери, собираясь, черт возьми, убраться подальше от Чески и всего того, что моя злобная душа хотела услышать, она сказала:
— Я хочу, чтобы Темный Лорд на обсидиановой колеснице, запряженной черными лошадьми, унес меня в ад. А не рыцарь на белом коне. Он уже у меня был. Я позволила ему спасти себя. И он оказался никчемным.
Ческа встала, взяла с камина пачку сигарет и закурила.
— Мне нужен король из моих темных кошмаров.
Ческа опустила глаза и посмотрела на королеву из слоновой кости и короля из черного дерева, которых держала в руке. Она еще раз затянулась сигаретой, а затем затушила ее о самый центр королевы из слоновой кости. Черная метка запятнала белую фигуру. Я видел вызов в глазах Чески. Затем распахнул дверь и пошел в свободную комнату, в которой ночевал, пока она спала в моей постели.