Не исключено, что Консулу даже и не нужна победа над всем Королевством. Ведь я не забывал об основной причине нашего противостояния — титул повелителя региона. Имея при себе две трети населения, можно будет, наверняка, форсировать передачу титула, и уж тогда… тогда всё будет решено.
Спартанское Королевство велико. Мы простираемся на сотни километров с запада на восток, с севера на юг. Но не менее внушительными землями обладает и Париж.
Малой, Проходчик и его маги-теневики не зря свой хлеб едят. Наши разведчики достаточно глубоко проникли в земли Парижа. Да, они не осмелились влезть в сами поселения, потому как Орден не дремлет и следит за любыми подозрительными движениями внутри фракции. Но вот оценить занимаемую площадь неприятеля было вполне нам по силам.
И так уж вышло, что наш регион оказывается поделён примерно поровну между Спартанским Королевством и Парижем. Ещё какой-то кусочек земли занимает QWERTY. Возможно, остались мелкие неприсоединившиеся фракции, но они уже погоды не сделают.
Если мы позволим Парижу пройтись по южным землям огнём и мечом, если позволим Консулу захватывать одно поселение за другим, то наш конец окажется куда ближе, нежели мы полагаем.
Но и одолеть столь могучего врага — это не вопрос пары дней. Легион силён, крайне адаптивен, а также представляет из себя единый ударный кулак. Мы же пока таким похвастаться не можем. Да, Союз Городов наконец-то стал единым целым, превратившись в Спартанское Королевство, но вот армии, аналогичной Железному Легиону, мы всё ещё не имеем.
Конечно, есть бывшая союзная армия, но её численность несопоставима с силами Парижа. Необходимо провести военную реформу, необходимо в кратчайшие сроки сформировать силу, способную уничтожить Легион.
На всё это требуется время. На всё это нужны ресурсы. Ресурсы, которые могут потребоваться в том числе и на севере, чтобы отражать натиск фанатичных жрецов. Спарта оказывается в классическом положении между молотом и наковальней. Если промедлим с ответом, то грянет удар, и тогда не поздоровится никому.
— Консулу потребуется всего ничего, чтобы добраться до Техаса, — задумчиво выдаёт Майор.
Перед нами раскинута карта всего региона. Точнее, известной нам его части.
С дальнего юга в сторону Техаса направлена массивная красная стрелка, обозначающая маршрут Железного Легиона. Среди северных горных кряжей в то же время мелькает парочка синих точек. Это места, где так или иначе были замечены летающие змеи QWERTY. Уже сейчас видно, что противник неспешно приближается к нашим границам, словно прощупывая нас, изучая нашу реакцию.
Но вернёмся пока к ситуации далеко на юге.
— Можем ли мы их как-то задержать? — спрашиваю я собравшихся.
— Увы, силы Парижа сейчас настороже, — вздыхает Малой. — Мои люди и диверсанты Третьего совершенно бессильны. Не организовать поджог военных складов, не отравить воду или еду, не совершить налёт. Их руны мешают магии теней. А патрули создают столь плотную сеть, что даже нет смысла пытаться лезть через неё. Где-нибудь да обнаружат, и мы тогда лишь потеряем людей.
Разумеется, Малой в курсе наших глубоко законспирированных агентов. Но тратить их положение на отдельные диверсии неразумно. Слишком ценны сведения, которые им удаётся добыть.
Зал погружается в безмолвие.
Неожиданно идею озвучивает Майор. Да притом какую!
— А не можем ли мы использовать Синюю Смерть против нашего врага? — спрашивает вояка.
Я перевожу взгляд на мужчину. Тот напряжённо смотрит на меня в ответ.
Этот вопрос уже поднимался. И я уже давал на него ответ. Мы не будем применять биологическое оружие. Но то было тогда. Что же сейчас…
— А это не слишком жестоко? — сглатывает Малой. — Всё-таки речь идёт не просто об оружии массового поражения, а об аналоге чумы.
— На войне все средства хороши, — хмурится Майор. — А в нашем положении мы и вовсе не имеем особого выбора. Не тогда, когда цена поражения может оказаться столь высокой. Или мы одолеем наших врагов, или же нас задушат.
— Но стоит только выпустить Синюю Смерть, и она пойдёт по всему региону! Это десятки, сотни кластеров! — восклицает Малой. — А это, я хочу напомнить, не только легионеры Парижа, но и гражданские. Порабощённые жители из других фракций. Невинные женщины и старики. Все те, кто не смог противиться Парижу и оказался под его властью. Эпидемия убьёт и их в том числе!
— Будто бы я сам этого не знаю! — старик ударяет кулаком по столу. Его глаза наливаются кровью. Майор впивается острым взглядом в своего визави.