— Именно так погиб и Вихор! — сообщает Малой. — Кочевники лишились своего Великого Хана, и сейчас у них практически безвластие. Нам определённо нужно что-то с этим сделать.
— Вихру не повезло, — качает головой Третий. — Он заразился чумой одним из первых. Ему не хватило буквально одного-двух дней до спасения.
— Ушёл от нас и Бобр, бывший Лорд-наместник Сладкой Жизни, — вздыхает Луна. — Ромашка, его внучка, и глава гильдии авантюристов, сейчас находится в полисе, чтобы поддержать своих родных. Тем более, как мне доложили, она едва не потеряла брата и невестку из-за восстания в Константинополе.
— Киото также лишился нескольких артефакторов…
Имена всплывают одно за другим. Некоторых из них я даже знал лично. Груз на моих плечах становится тяжелее. Я уже давно уяснил, что нельзя спасти всех и каждого. Это просто нереально.
Это путь идеалиста или дурака. Я лишь могу поразмыслить над совершенными ошибками и не допустить трагедии вновь.
— Достаточно, — произношу я, подняв ладонь. Разговоры и перешептывания тут же затихают. Всё внимание сосредоточено на мне.
Я поднимаюсь со своего кресла и окидываю взором приближённых.
— Синяя Чума побеждена, — говорю я. — Да, не без труда. Да, мы лишились многих хороших и верных людей. Друзей. Соратников. Но это не значит, что мы можем остановиться сейчас. Не тогда, когда Спарта наиболее уязвима. Нам необходимо сделать следующий шаг — перейти в новую эпоху! Чтобы обеспечить будущее тех, кто всё ещё с нами! Быть может, и те, кто ушёл на новый виток, смогут однажды найти путь обратно. Дорогу домой. И нашей обязанностью сделать этот дом для них самым безопасным и желанным местом на свете!
Выдержав недолгую паузу, я продолжаю:
— А потому слушайте мой приказ. Я созываю всех бывших Леди и Лордов, а также Лордов-наместников Королевства в Спарту. Передайте, что я даю им шесть дней на дорогу. На седьмой день я стану первым в регионе Королём!
Глава 2
Спарта оживала на глазах. Новость о предстоящей коронации взбудоражила всех и каждого в Спартанском Королевстве.
После победы над Синей Смертью людям нужен был праздник. Позарез необходим был повод, чтобы отвести душу и забыть о последних неделях, как о страшном сне.
И коронация Лорда именно таким поводом и являлась! Как-никак, а всём известно, что пить в одиночестве — это верный признак алкоголизма.
Другое дело — выпить пару рюмок за компанию! Ну, или не пару, а чуть больше. Это уже частности!
Столицу наводнили приезжие со всех уголков фракции. На торговых проспектах можно было легко услышать и голосистых викингов с Винланда, и напыщенных афинян, всё так же предпочитающих носить светлые тоги вопреки спартанской моде, и немногословных римлян.
Гордые киотцы, не сидящие на одном месте, и вечно мигрирующие от одного бара в другой техасцы, изменённые Милана, безустанно пытающиеся сбить цену у торговцев жители Вавилона.
Столько гостей Спарта ещё не видела никогда.
Кого разве что практически нереально было встретить, так это москвичан. Пока вся фракция готовилась к празднику, жители Московской долины бросили все силы на восстановление их «маленькой Италии», пострадавшей сильнее прочих и от вспышки чумы, и от короткого, но не менее разрушительного налёта орды хомяков.
Оттого и гостей из этого края было совсем немного.
Но и они были!
Раздаётся протяжный свист. Так звучит гудок приближающегося локомотива. Состав, гремя колёсами по железнодорожному полотну, замедляет свой ход. Замирает у самого перрона и издаёт последний «вздох», сбрасывая пар из своей монструозной машины.
Первыми из вагона выходят солдаты, зорко оценивающие окружающую обстановку. Лишь убедившись в том, что угрозы никакой нет, и обменявшись кивками с моими гвардейцами, они отходят в сторону. Как-никак, а безопасность блюсти требуется всегда и везде!
Только тогда к нам выходят высокие гости.
— Лорд Шурик, примите мои поздравления! — смеётся О, хозяин Киото, распахнув руки для объятий. — Или мне стоит уже называть вас, мой Король?
— Ты несколько рановато с поздравлениями, О, — смеюсь я, схватив мужчину за плечи. В повседневной обстановке общаться с этим весельчаком — одно удовольствие! — Я ещё не надел корону себе на голову.