вчера, с Эммой. Но это была его слабость. У всех есть слабости. Все те годы, что он отказывал себе во всем,
посвящая всего себя своей семье, так закалили его волю, что иногда это поражало его.
- Я не могу изменить то, что происходит, не так ли? - сказал он. - Разве это не будет пыткой для меня -
просто смотреть?
Губы королевы скривились. - Я не могу рассказать тебе, - сказала она. - Я сама не знаю, что там происходит. И ты никогда не узнаешь, если не взглянешь. И дело вовсе не моем опыте общения с людьми или нефилимами, но вы не можете смириться с неизвестностью - она посмотрела в воду. - Ах, - сказала она. - Он все ближе.
Джулиан подбежал к постаменту, будучи не в силах остановить себя, и замерев посмотрел в воду.
То, что он увидел, потрясло его.
Вода была, как прозрачное стекло, как экран телевизора, на котором проецировалась сцена с почти пугающей ясностью. Джулиан увидел ночь в горах Санта-Моники, и этого было достаточно, чтобы волна тоски по дому пронзила все его тело.
Луна поднялась над развалинами. Валуны лежали на равнине сухой травы, тянувшейся в сторону океана, который казался сине-черным на расстоянии. И среди них блуждал Артур.
Джулиан не мог вспомнить последний раз, когда он видел своего дядю вне Института. Артур надел грубую куртку и сапоги, а в руке у него был Ведьмин огонь, который тускло светился. Он никогда не был так похож на Сумеречного охотника, как сейчас, даже в Зале Соглашений.
- Малкольм! - Крикнул Артур. - Малкольм, я требую, чтобы ты явился передо мной! Малкольм Фейд!
Я здесь - кровь Блэкторнов!
- Но Малкольм мертв, - пробормотал Джулиан, глядя на чашу. - Он умер.
- Это слабость вашего вида, расценивать смерть как что-то окончательное, - сказала королева с ликованием, - особенно когда дело касается магов.
Страх пронзил Джулиана, как стрела. Он был уверен, когда они покидали Институт, они оставляли семью в безопасности. Но если Малкольм был там, все еще охотясь за кровью Блэкторнов, если Артур был готов предложить ее ему, - в любом случае Малкольм не мог полагаться на Артура в этом.
- Тише, - сказала Королева, как будто она могла слышать шум его мыслей. - Смотри.
- Малкольм! - закричал Артур, его голос эхом звучал в горах.
189
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
- Я здесь. Хотя ты рано. - Голос принадлежал тени - искривленной, изуродованной тени. Джулиан с трудом сглотнул, когда Малкольм вышел в лунный свет, и то, что с ним произошло, или то, что он с собой сделал, предстало перед ним.
Вода в зеркале расплылась. Джулиан чуть не потянулся к изображению, прежде чем осознал, что именно собирается сделать и отдернул руку. - Где они? - сказал он резко. - Что они делают?
- Терпение. Есть место, куда они должны пойти. Малкольм заберет твоего дядю. - Королева Благого двора злорадствовала. Она думала, что теперь Джулиан у нее в руках, и он ненавидел ее за это. Она опустила свои длинные пальцы в воду, и Джулиан увидел краткий вихрь образов - двери Нью-Йоркского института,
Джейса и Клэри, спящих в зеленом поле, Джема и Тессу в темном, затененном месте, - а затем изображения исказились еще раз.
Артур и Малкольм были внутри церкви, старомодной с витражами и резными скамьями. На алтаре лежало что-то, покрытое черной тканью. Что-то, что двигалось очень слабо, беспокойно, подобно пробуждению животного от сна.
Малкольм стоял, наблюдая за Артуром, на его изуродованном лице играла улыбка. Он выглядел так,
словно явился из какого-то водного измерения ада. Из трещин и надрывов на его коже просачивалась морская вода. Глаза у него были, будто молочные и мутные. Половина его белых волос исчезла, а лысая кожа была пятнистой и покрыта струпьями. Он был одет в белый костюм, и сырые трещины на его коже исчезали под неуместно дорогим воротником и манжетами.
- Для любого кровавого ритуала добровольно отданная кровь лучше, чем взятая силой, - сказал Артур.
Он стоял в своей обычной позе, держа руки в карманах джинс. - Я охотно отдам тебе свою, если ты поклянешься оставить мою семью в покое.
Малкольм облизнул губы; Его язык был голубоватым. - Это все, чего ты хочешь? Это обещание?
Артур кивнул.
- И тебе не нужна Черная книга? - Малкольм сказал дразнящим голосом, постукивая пальцами по книге, находящейся за поясом его брюк. - Ты не хочешь, чтобы я поклялся, что я никогда не причиню вреда ни одному нефилиму?
- Твоя месть имеет значение только для меня, пока моя семья остается невредимой, - сказал Артур, и у
Джулиана от облегчения подогнулись колени. - Кровь Блэкторнов, которую я даю тебе, должна утолить твою жажду, чернокнижник.
Малкольм улыбнулся. Его зубы были кривыми и острыми, как у акулы. – Когда я заключу эту сделку,
смогу ли я воспользоваться тобой, учитывая, что ты сумасшедший? - размышлял он вслух. – Осознает ли твой шаткий ум, что на самом деле происходит? Ты растерян? Озадачен? Ты знаешь, кто я? - Артур поморщился, и
Джулиан почувствовал сочувствие к своему дяде, и вспышку ненависти к Малкольму.
Убей его, думал он. Скажи, что ты принес клинок серафимов, скажи, что воспользуешься им.
- Твой дядя не вооружен, - сказала королева. - Фейд бы это заметил. - Она смотрела с почти жадным восторгом. - Безумный нефилим и безумный колдун, - сказала она. – Как в какой-нибудь сказке.
- Ты - Малкольм Фейд, предатель и убийца, - сказал Артур.
190
http://vk.com/the_dark_artifices 2017
- Как неблагодарно, сказать такое тому, кто все эти годы снабжал тебя лекарством, - пробормотал
Малкольм.
- Лекарство? Скорее временная ложь. Ты сделал то, что давало тебе возможность обманывать
Джулиана на протяжении всего этого времени. - сказал Артур, и Джулиан вздрогнул, услышав свое имя. –
Твое лекарство, было лишь способом завоевать его доверие, и он доверял. Моя семья любила тебя. Больше,
чем когда-либо любила меня. Своим предательством, ты пронзил ножом их сердца.
- О, - пробормотал Малкольм. - Если бы только это.
- Лучше быть таким сумасшедшим, как я, чем как ты, - сказал Артур. - У тебя было все. Тебе довелось любить и у тебя была власть, бессмертная жизнь, но ты просто выбросил все это, как ненужный мусор. - Он взглянул на то, что слегка вздрагивало на алтаре. - Интересно, будет ли она по-прежнему любить тебя, после всего. Любить то, чем ты стал.
Лицо Малкольма исказилось. – Довольно, - сказал он, и на усталых, избитых чертах Артура на миг промелькнул восторг. Он перехитрил Малкольма по-своему. - Я сдержу свое обещание. Подойди.
Артур шагнул вперед. Малкольм схватил его и подтолкнул к алтарю. Колдовской огонь Артура погас,
но свечи на стенах продолжали гореть, излучая мягкое желтоватое сияние.
Держа Артура одной рукой, Малкольм склонил его над алтарем; другой рукой он сорвал темную ткань. Тело Аннабель было раскрыто.
- О, - выдохнула королева. – Когда-то она была прекрасна.
Но не сейчас. Аннабель была скелетом, хотя и не просто белыми костями, которые обычно изображали на картинах. У нее была сморщенная, сухая кожа, с отверстиями, из которых выползали черви. В горле
Джулиана встал ком. Ее тело было частично обмотано белыми простынями, через которые просматривались руки и грудь. Кое-где кожа отслаивалась, а на костях и сухих сухожилиях была плесень.
Череп Аннабель был покрыт тонкими темными волосами. Ее челюсть шевельнулась, когда она увидела Малкольма, и из ее разрушенного горла вырвался стон. Казалось, она качает головой.