Королева выглядела удивленной.
— Ты очень решительна для столь юного возраста, — кольца сверкали на ее пальцах во время жестов. — Но наши интересы совпадают, понимаете. Вы не хотите, чтобы Черная Книга была в руках Короля, и я тоже. Ей будет безопаснее здесь, в моем Дворе, чем где-либо в мире — Король тоже будет искать ее, и только сердце фейри может защитить ее от него.
— Но откуда нам знать, что вы не будете использовать его для работы против Сумеречных Охотников? — спросила Эмма. — Не так давно солдаты Благого Двора атаковали Аликанте.
— Времена меняются, как и альянсы, — ответила Королева. — Сейчас Король для меня и всего моего бо́льшая угроза, чем Нефилимы. И я докажу свою преданность, — она откинула голову назад, и её корона заблестела. — Я предлагаю закончить Холодный Мир, — продолжила Королева. — И вернуть твою сестру, Алессу, тебе.
— Это не в Вашей власти, — сказал Марк.
Но он был не в силах контролировать свою реакцию на имя сестры; его глаза были слишком яркими. Такие же, как у Джулиана. Алесса. Хелен.
— Вот и нет, — ответила Королева. — Принеси мне книгу, и я предложу мои земли и войска Совету, так что мы можем разгромить Короля вместе.
— А если они скажут «нет»?
— Не скажут, — Королева говорила слишком самоуверенно. — Они поймут, что только объединившись с нами, они будут способны победить Короля, и заключение такого союза означает, что сперва им нужно покончить с Холодным Миром. Как я понимаю, твоя сестра получила наказание Нефилима — изгнание — потому что она наполовину фейри. Во власти Инквизитора отменить приговор изгнания. С концом Холодного Мира твоя сестра будет свободна.
Эмма знала, что Королева не могла солгать. Но каким-то образом девушка понимала, что их хотели обмануть. Оглядевшись вокруг, она могла сказать, что такая мысль была не у неё одной, о чём свидетельствовали обеспокоенные лица остальных. И всё же…
— Вы хотите захватить земли Неблагого Двора? — спросил Джулиан. — И хотите, чтобы Конклав помог вам в этом?
Она лениво махнула рукой.
— Какое мне дело до земель Неблагого Двора? Мною не движет жажда завоевания. Другой должен занять место на троне, чтобы заменить Лорда Теней, кто-то более лояльный к проблемам Нефилимов. Это и в ваших интересах тоже.
— Есть кто-то на примете? — задал вопрос Джулиан.
Теперь Королева улыбалась, на самом деле улыбалась, словно можно было забыть, какой слабой и немощной она выглядела. Её красота была прекрасной, когда она улыбалась.
— Да, есть, — она обратилась к теням позади себя. — Введите его, — сказала Королева.
Одна из теней зашевелилась и отделилась от остальных. Это был Фергюс, Эмма видела, как он, проскользнув в дверной проём-арку, вернулся мгновением позже. Охотнице не показалось, что кто-то был удивлён увидеть того, кого он привёл за собой, поражённо моргавшего и угрюмого как никогда.
— Киран? — изумлённо произнёс Марк. — Киран, Король Неблагого Двора?
Кирану удавалось выглядеть одновременно испуганным и оскорблённым. Его переодели в новые вещи: льняную рубашку и бриджи, желтовато-коричневый пиджак. Он оставался всё таким же бледным, и бинты вокруг его груди проглядывали сквозь рубашку.
— Нет, — сказал он. — Абсолютно нет.
Королева начала смеяться.
— Не Киран, — ответила она. — Его брат. Адаон.
— Адаон не захочет этого, — сказал Киран. Фергюс крепко держал принца за руку; Киран делал вид, что ничего не происходило, словно утверждая своё чувство достоинства. — Он предан Королю.
— В таком случае, он не слишком-то дружелюбен по отношению к Нефилимам, — заметила Эмма.
— Он ненавидит Холодный Мир, — сказала Королева. — Все знают это. Также все знают, что он благосклонен к Королю Неблагого Двора и одобряет его решения. Но только до тех пор, пока Король жив. Если Неблагой Двор падёт под натиском альянса Сумеречных Охотников и народа Благого Двора, то будет легко посадить выбранного нами кандидата на трон.
— Из Ваших уст это звучит так просто, — сказал Джулиан. — Если Вы не планируете посадить Кирана на трон, зачем же Вы притащили его сюда?
— Он мне нужен для других целей, — ответила Королева. — Мне нужен посланник. Кто-то, кого они знают, — она повернулась к Кирану. — Ты будешь моим послом в Конклаве. Ты поклянёшься в верности одному из этих Сумеречных Охотников, здесь. Поэтому и потому, что ты — сын Короля Неблагого Двора. Когда ты будешь говорить с Cоветом, они будут знать, что ты говоришь от моего имени, они не будут обмануты снова, как это было с лгуном Мелиорном.