— Могущественный союзник Фейда, — сказал Тай, цитируя сцену в кристалле.
— Мы же не думаем, что это мог быть Неблагой Король? — спросила Ливви. — Оба раза?
— Неблагой Король не ненавидел Сумеречных Охотников в 1812, — сказал Магнул. — Не так долго.
— И Малкольм говорил Эмме, что когда, узнав, что Аннабель не умерла, он отправился к Неблагому Королю, он думал, что Король может убить его, потому что он не жаловал магов, — сказала Кристина. — У него не было бы причины не любить магов, если бы он раньше работал с Малкольмом, так?
Магнус встал.
— Хорошо, хватит предположений, — произнес он. — У нас есть два дела, которые нужно сделать сегодня. Во-первых, мы не должны упускать из виду связывающее заклинание Марка и Кристины. Это не просто неприятность, это опасно для них обоих.
Марк не мог не взглянуть на Кристину. Она смотрела на стол, а не на него. Он вспомнил ночь накануне, тепло ее тела рядом с ним в постели, ее дыхание у его уха.
Он с усилием вернулся к реальности, понимая, что обсуждение того, где они собирались получить ингредиенты для антисвязывающего заклинания, продолжалось.
— Учитывая то, что произошло вчера на Сумеречном Рынке, — добавил Магнус, — никого из нас там снова не ждут. Однако здесь, в Лондоне, есть магазин, который продает то, что мне нужно. Если я дам вам адрес, смогут ли Кит, Тай и Ливви найти его?
Ливви и Тай шумно заявили о своем согласии, явно взволнованно желая получить задание. Кит был потише, но угол его рта искривился. Каким-то образом этот самый молодой Эрондейл стал настолько привязан к близнецам, что даже Магнус думал о них как о команде.
— Ты действительно думаешь, что им разумно пойти? — прервал его Марк. — После того, что произошло с ними вчера, когда они забрели на Сумеречный Рынок и практически потеряли Ливви?
— Но Марк… — запротестовал Тай.
— Ну, — сказал Магнус, — ты и Кристина должны остаться в Институте. Связывающие заклинания опасны, и вы не должны находиться слишком далеко друг от друга. Алек — глава Института; и он должен остаться здесь, и, кроме того, у владельца магазина есть определенная, скажем, история со мной. Я лучше не пойду.
— Я могу пойти, — сказала Дрю тихим голосом.
— Нет уж, Дрю, — произнес Марк. — И эти трое, — указал на на Кита, Тая и Ливви, — могут создать тебе проблемы.
— Я могу наложить отслеживающее заклинание на одного из них, — сообщил Магнус. — Если они свернут с пути, по которому они должны следовать, это создаст ужасный шум в мире примитивных.
— Замечательно, — сказал Марк, в то время, как близнецы запротестовали. Кит ничего не сказал, он редко жаловался. Марк подозревал, что он молча строил планы, что сделать вместо этого, и, возможно, со всеми, кого он когда-либо встречал.
Магнус изучал большое голубое кольцо на пальце.
— А мы будем заниматься библиотечными исследованиями. Больше об истории Черной Книги. Мы не знаем, кто ее создал, но, возможно, можем узнать, кто владел ею раньше, для чего он использовалась, что-то, что может указывать на то, с кем работал Малкольм в 1812 году.
— И помните, что Джулиан и Эмма попросили нас о помощи, — сказала Кристина, постукивая по телефону в кармане. — Это займет всего несколько минут, найти…
Марк не мог не смотреть на нее. Она заправила свои темные волосы за уши, и, когда она это делала, рукав ее свитера соскользнул вниз, и он увидел красную метку на ее запястье. Он хотел подойти к ней, поцеловать это место, взять ее боль на себя.
Он отвернулся от нее, но не раньше, чем поймал взгляд Кирана. Тай, Ливви и Кит встали со своих стульев, взволнованно болтая, готовые к путешествию. Дрю сидела, скрестив руки на груди. Магнус задумчиво переводил взгляд между Кристиной, Марком и Кираном, его кошачьи глаза были медленными и изучающими.
— Нам вообще не нужно ничего искать, — сообщил Магнус. — У нас есть первичный источник прямо здесь. Киран, что ты знаешь о ловле пикси?
***
Эмма проснулась поздним утром, окруженная теплом. Свет пробивался сквозь незакрытые окна и создавал узоры на стенах, как танцующие волны. Через окно она могла видеть вспышки голубого неба и синей воды — праздничный вид.
Она зевнула, потянулась и внезапно застыла, поняв, почему ей так тепло. Она и Джулиан ночью каким-то образом прижались друг к другу.
Эмма замерла в ужасе. Ее левая рука была переброшена через тело Джулиана, но она не могла просто вытащить ее. Он повернулся к ней, его собственные руки изогнулись вокруг ее спины, защищая ее. Ее щека щекотала гладкую кожу его ключицы. Их ноги тоже были перепутаны, ее нога опиралась на его лодыжку.