— Это не, — произнесла она, — глупый Закон.
Он моргнул. Теперь его волосы были сухими.
— Что бы ты ни знала, Эмма, — сообщил он тихо, — пришло время рассказать мне.
И она сделала это. Не пропустив ничего, она рассказала ему, что Малкольм сказал ей о проклятии парабатаев, о том, как он хотел проявить свое милосердие, убив ее, иначе она и Джулиан смогут увидеть гибель друг друга. Как Нефилимы ненавидят любовь. И подтверждение от Джема для нее: страшная судьба парабатая, который влюбился, смерти и разрушения, которые они будут создавать вокруг себя. Она знала, что ни один из них никогда не сможет стать примитивным или жителем Нижнего мира, чтобы разорвать эту связь: быть Сумеречным охотником — это часть их души и их самих, и что изгнание их из их семей их уничтожит.
Свет от огня бросил отблеск темного золота на его лицо и его волосы, но она могла видеть, насколько он бледен, даже под этим, и ту строгость, которую принимало выражение его лица, когда она говорила, как будто тени сгущались. Снаружи беспрерывно стучал дождь.
Когда она закончила, он долго молчал. Рот Эммы был сухим, как будто она проглотила хлопок. В конце концов, она больше не выдержала и двинулась к нему, уронив подушку на пол.
— Джулс…
Он поднял руку.
— Почему ты не рассказала мне ничего из этого?
Она несчастно посмотрела на него.
— Из-за того, что сказал Джем. Это открытие того, что то, что между нами, запрещено по уважительной причине, просто сделало бы все хуже. Поверь мне, это знание не заставило меня меньше любить тебя.
Его глаза были такими синими в тусклом свете, что выглядели как у Кита.
— И поэтому ты решила заставить меня ненавидеть тебя.
— Я пыталась, — прошептала она. — Я не знала, что еще делать.
— Но я никогда не смогу тебя ненавидеть, — сказал он. — Это было бы, как ненавидеть мысль обо всех хороших вещах, когда-либо происходящих в мире. Это было бы, как смерть. Я думал, ты не любишь меня, Эмма. Но я тебя никогда не ненавидел.
— Я думала, ты не любишь меня.
— И это не имело никакого значения, так ведь? Мы все еще любим друг друга. И я понял, почему ты так расстроилась из-за того, что мы сделали с в церковью Портхаллоу.
Она кивнула.
— Сначала проклятье делает сильнее, а потом уничтожает.
— Я рад, что ты рассказала мне, — он коснулся ее щеки и волос. — Теперь мы знаем, что мы никак не можем изменить наше отношение друг к другу. Нам нужно найти другое решение.
Слезы текли по лицу Эммы, хотя она и не помнила, когда начала плакать.
— Я думала, что если ты перестанешь любить меня, тебе будет грустно какое-то время. И пусть бы я была в печали навсегда, это было бы хорошо. Потому что с тобой все будет хорошо, и я все равно буду твоим парабатаем. И если ты в конце концов сможешь быть счастлив, тогда я тоже могу быть счастлива.
— Ты глупышка, — произнес Джулиан. Он обнял ее и стал укачивать, прижав губы к ее волосам, и он прошептал, как он шептал Тавви, когда у него были кошмары, что она была храброй, сделав то, что она сделала, и они найдут способ, чтобы все это исправить. И хотя Эмма все еще не могла найти выхода для них, она расслабилась на его груди, позволив себе почувствовать облегчение от того, что разделила это бремя, только на этот момент. — Но я не могу сердиться. Я тоже должен был рассказать тебе кое-что.
Она отпрянула от него.
— Что это?
Он теребил свой стеклянный браслет. Поскольку Джулиан редко выражал какое-либо беспокойство явно, Эмма почувствовала, как ее сердце заколотилось.
— Джулиан, — сказал она. — Расскажи мне.
— Когда мы собирались войти в Страну Фейри, — сказал он тихо, — пука сказал мне, что, если я войду в Земли, я смогу встретить кого-то, кто знает, как разрушить связь парабатаев.
Стук сердца Эммы был, как быстрая татуировка, выбиваемая по внутренней части ее грудной клетки. Она села прямо.
— Ты говоришь, что знаешь, как это разрушить?
Он покачал головой.
— Правильнее сказать — я встретил кого-то, кто знает, как это сделать. Если точно, то Королеву Благого Двора. И она сказала, что знает, что это может быть сделано, но не знает, как.
— Это часть сделки по возвращению Черной Книги? — спросила Эмма. — Мы отдаем ей Книгу, а она рассказывает нам, как разорвать эту связь?
Он кивнул. Он смотрел на огонь.
— Ты не рассказал мне, — сказала она. — Потому, что думал, что мне все равно?
— Частично, — ответил он. — Если ты не хочешь разрушить эту связь, то и я тоже. Я лучше буду твоим парабатаем, чем никем.