Джулиан. Она приземлилась с другой стороне от Этны, повернулась и направила свой клинок в спину женщины фейри.
Или попробовала, по крайней мере. Этна развернулась в последний момент, и меч разрезал ее бронзовые доспехи, открыв рану на ее боку. Она вскрикнула и пошатнулась, а Эмма отдернула Кортану, и кровь брызнула с лезвия на плиты.
Эмма подняла меч.
— Это Кортана, — выдохнула она, ее грудь вздымалась. — Та же сталь и характер, что и Жуайез и Дюрендаль. Нет ничего, что Кортана не сможет разрезать.
— Клинок Вэйланда Смита — воскликнул Всадник с бронзовыми локонами, и, к удивлению Эммы, в его голосе был слышен страх.
— Молчи, Карн — рявкнул один из остальных. — Это всего лишь клинок. Убей ее.
Прекрасное лицо Карна нахмурилось. Он поднял своё оружие — массивный боевой топор — и начал опускать его на Эмму. Она подняла Кортану.
Парадная дверь Института распахнулась, и оттуда высыпали Сумеречные Охотники.
Джулиан. Сначала Эмма увидела его, размытые очертания снаряжения, меча и темных волос. Затем Марка, Кристину. Кирана, Тая, Ливви. И Кита, который, должно быть, пришел из лазарета, так как он, по-видимому, натянул снаряжение поверх своей пижамы. По крайней мере, он был в сапогах.
Они встретили Всадников на ступеньках, сначала Джулиан и Марк, их мечи вспыхнули в их руках. Ни у одного из них, увидела Эмма, не было клинков серафима, — они взяли только однорукое оружие, без нанесеных рун, предназначенное для сражений в Нижнем мире. Даже у Кирана был такой меч, эфес и рукоятка которого блестели золотом и серебром вместо стали.
Один из Всадников издал гневный возглас, увидев Кирана.
— Предатель! — прорычал он.
Киран отпустил придворный поклон.
— Эохейд, — произнес он в приветственной манере. — И Этарлам. — Он подмигнул шестому Всаднику, который сделал кислое лицо. — Приятно встретиться.
Эохейд бросился к нему. Киран присел наполовину на корточки, размахивая мечом с легкостью и умением, которые удивили Эмму.
Столкновение их лезвий, казалось, стало сигналом для гораздо более крупного сражения. Джулиан и Марк заставили Всадников слезть со своих коней своим неожиданным появлением. Теперь другие следовали за ними, преследуя и создавая им проблемы своим оружием. Марк, с двоякоострым прямым мечом в руках, направился к Делану; близнецы изводили Аирмеда, в то время как Кристина, выглядевшая разозленной, насела на Этарлама.
Джулиан начал двигаться сквозь суматоху битвы, рубя по обе стороны от него и пробираясь к Эмме. Его глаза внезапно расширились. СЗАДИ!
Она развернулась. Там была Этна, ее лицо исказилось в гримасе ненависти. Ее кинжалы были, как ножницы — Эмма подняла Кортану как раз вовремя, а два лезвия Этны опустились на нее с дикой силой.
И раскололись.
Женщина-фейри от удивления ахнула. Через секунду она отскочила назад, ее руки создали движение в воздухе. Джулиан изменил направление и прыгнул вслед за ней, но в ее руках уже было другое оружие, с изогнутым клинком, как персидский шамшир.
Меч Джулиана ударил в клинок Этны. Эмма ощутила столкновение их оружия. Оно прошло через нее, как раздвоенная молния. Все происходило внезапно и очень быстро: Джулиан изящно отклонился от меча, но его край задел верхнюю часть его руки. Эмма почувствовала боль, боль парабатая, так же, как она почувствовала, что его клинок ударил Этну. Она рванулась к ним, но Эохейд появился прямо перед ней, и острие его меча летело ей в лицо, как размытая серебряная полоса в воздухе.
Оно отклонилось в сторону. Эохейд взвыл, злым нечеловеческим звуком и отвернулся от нее, чтобы жестоко атаковать фигуру, подошедшую к нему сзади, чей клинок пронзил его плечо. Кровь окрасила бронзовую броню Эохейда.
Это был Киран. Его волосы были массой черных и белых прядей, липких от крови над виском. Его одежда была а красных пятнах, губа рассечена. Он смотрел на Эмму, тяжело дыша.
Эохейд прыгнул к нему, и они начали сражаться с особенной жестокостью. Мир казался грохотом столкновений: Эмма услышала крик и увидела, что Кристина старается пробиться к Киту, которого Делан сбил с ног. Всадники пытались влезть на ступени, чтобы заблокировать двери Института. Джулиан удерживал Этну; близнецы сражались спиной к спине, пытаясь пробить дорогу по ступеням рядом с Марком.
Эмма начала торопливо проталкиваться к Киту, чувствуя холод в сердце. Всадники были слишком жестокими, слишком сильными. Они не устают.
Делан стоял над Китом, подняв клинок высоко в воздух. Кит пытался приподняться на локтях. Чей-то меч вспыхнул перед Эммой; она отбила его Кортаной, услышав, что кто-то ругается. Делан пристально смотрел на Кита, словно его лицо было тайной.