—Вот этими руками, предварительно подготовившись, —дед поднял руки, показывая их спутникам. —И каждый день я пытаюсь с них смыть кровь своего друга, которого предал. Надо было с ним открыто биться, но я испугался смерти. И знал, что кроме меня его вряд ли кто остановит. Поэтому выбрал убийство, а не поединок.
—Шилюб, знаешь ведь сам, что по—другому не получалось, зря ты до сих пор себя терзаешь, —вольный взял на себя смелость нарушить молчание. —Всё правильно.
—Да, всё правильно, только вот Арден, умирая, сказал мне «спасибо». Он сказал спасибо своему убийце. Может быть, имелась возможность его вернуть и образумить?
—Дед, перестань! —довольно жестко произнес акалубец. —Нельзя вернуть назад время и переиграть всё.
—И все равно, мои руки в крови друга, —бесцветно сказал дед. —Ладно, ты хотел услышать историю, я её поведал. Надо думать, как выбираться, у кого есть варианты?
—А где мы? — спросила Кайса, вглядываясь в зыбкую полутьму. —Куда мы убежали от игулдеев?
—А ты вон высокородную спросите!
45
Все, естественно, уставились на меня. Только Шилюб безразлично посматривал вдоль дороги. Меня сейчас интересовал другой вопрос: почему вернулся Тармат? Только задавать его не было времени. Кстати сказать, умница Кайса уже колдовала над наставником, сверяясь с волшебной своей книгой.
—Оказывается, палец можно прирастить, только нет пальца ведь, увы.
—А так всегда и бывает, нет именно того, что в данный момент больше всего необходимо, —поморщился Зиндан. —Не знает Лорэль, куда она нас закинула, напрасно вы на неё смотрите.
Теперь взгляды переместились уже на акалубца. Лишь дед продолжал безразлично смотреть в темную даль. Сколько времени прошло с момента гибели Ардена? А вот он переживает и терзается до сих пор. Очень хотелось прижаться к Тармату, но я не решалась. Да, дура. Ещё ничего не ясно, а во мне опять любовь воспрянула.
—В общем так, детки, —решил продолжить наставник. —Занесло нас на тёмную дорогу. И переживать по данному поводу никакого смысла не имеется. Теперь у нас всего две возможности. Либо мы погибнем, либо нам повезёт выбраться. Перенестись отсюда никуда нельзя, тут на волшебство не набрать энергии, свернуть с этой дороги никак не получится. По ней надо просто пройти.
Акалубец хмыкнул и замолчал.
—Просто пройти, это я зря. Считается, что по темной дороге пройти невозможно. Но пока я предлагаю подлатать свои раны неторопливо, собраться с мыслями. Заодно у меня есть идея выслушать Тармата. С чего это ты вернулся, вольный?
Теперь все посмотрели на нашего заблудшего товарища. Опять же, исключением стал Шилюб, продолжающий разглядывать темные дали. Парень, ни слова не говоря, снял ботинок с одной ноги и задрал ногу так, чтобы мы могли увидеть его стопу. При этом он ойкнул, видимо забыв про располосованный бок. Нашим взорам предстала волнистая линия золотистого цвета, сантиметров пятнадцать длиной. Мы с Кайсой ничего не поняли, а вот акалубец присвистнул. Этим он привлек внимание деда, который тоже кинул взгляд на ногу вольного.
—День сюрпризов, —подал он голос. —Думаю, нам предстоит услышать ещё один рассказ. Может быть и ты, акалубец, потом о себе поведаешь? И Лорэль можно послушать. Мне думается, у нас в запасе есть время. Кайса, ну хоть ты проста и без тёмных тайн у нас? Или в итоге сумеешь удивить старика?
—Тут очень опасно, —настороженно сказала я. —Я знаю, нам грозит опасность, и зря вы считаете, что в достатке свободное время для разговоров.
—Оно есть, не переживай.
Откуда Зиндану это знать?
Кстати, Атом, подойдя к краю дороги, вернулся, прижавшись к моим ногам. И выглядел он очень обеспокоенным. Это настораживало, обычно оборотень являл собой образец беззаботности. Ну и оберег никак не желал становиться теплым, холодил кожу, напоминая о неведомой опасности. И тут я вспомнила, что у меня имелся ещё один вопрос, прерывая уже набравшего в грудь воздух вольного.
—Шилюб, а ты с каких пор сдружился с хранительницами священного камня, они тебе обрадовались ведь?
Тот не стал медлить с ответом.
—Следили? Скучно вам? Лес шепота, поляна, подружка, ревнивый муж—это не выдумки ведь. Было, не скрываю. Если одну из хранительниц расспросить хорошенько, то окажется, что той молоденькой девчонкой была она. Эх, как же порой приятно вспомнить былое!
Дед замолчал, подмигнув мне. Тармат опять уже было вознамерился начать говорить, но Шилюб снова его прервал.
—Ну и еще повод имелся. Родные места, как ни крути, остров Ильгат—моя родина.
Это было немного неожиданно, но почти полностью всё проясняло. Хотелось надеяться, что дед не утаил ничего важного. Правда, он наверняка оставил какие-то тайны. Не мог Шилюб считаться простачком.