—Извини, Тармат, мешаю тебе рассказывать. Так ты не просто вольный, а из Совета?
Вольный из Совета — мне это ни о чем не говорило. Оставалось выслушать парня. Он настороженным обиженным щенком смотрел на меня, видимо, прикидывая, с чего начинать.
—Я сын главы, это автоматически дает мне возможность участия в Совете. Приёмный сын. Только дело вовсе не в этом. Совсем не в этом. Не важно ни про какой Совет сейчас. На меня надавили, а я сглупил. Лорэль, мы можем поговорить наедине?
—Да, Тармат, конечно, давай отойдём.
Я была готова делать шаги ему навстречу, мне очень хотелось убедиться, что он вернулся совсем.
—Нет, говори тут. Обгадиться ты сумел хорошо, выплывай теперь прямо у нас на глазах.
Зиндан смотрел жестко, голос его стал чужим.
—Наставник, не тебе за неё решать, —тут же бросился в бой Тармат. —Слышал ведь, она готова со мной поговорить с глазу на глаз. Ты напрасно вмешиваешься.
—Малолетний выскочка, не тебе сейчас ставить условия. Не знаю, к чему ты там привык в своём клане. Знать не желаю, что ты о себе возомнил. Ты её бросил, ты выбрал волю. Знаешь, Тармат, что произошло после того, как мы уплыли?
Мне стало страшно, я не хотела ссоры. Неужели Зиндан готов рассказать про ту ночь? Это может разрушить абсолютно всё. Хотелось вмешаться в этот разговор, но слова не приходили. Я просто беспомощно вцепилась в посох, понимая, что сейчас всё может только стать ещё хуже. Настанет крах, полнейший крах!
—Зиндан, полегче…
Дед, видимо, ощутил всю напряженность ситуации и пытался сгладить углы, сбить накал страстей.
—Нет, пусть знает!
Видимо, наставника уже не остановить. Мне стало жалко себя, мне стало жалко Тармата. ОН ведь меня снова брочит! Но мой язык словно отсох, я не могла сказать ни единого слова сейчас.
— Не решай за Лорэль, акалубец. Ты не всемогущий, ты не можешь так поступать, — не сдавался вольный. —Ты просто её обязан обучать, вот и всё. А жить она должна самостоятельно.
Зиндан в ответ на это сделал два шага в сторону Тармата, подходя вплотную. Дед подобрался, видимо готовился вмешаться, если скандал перерастёт в драку.
—Сопляк, не желающий видеть дальше собственного носа, вот ты кто пока, Тармат. Ты благодари всех богов за то, что я у корабля решил —Лорэль будет полезна такая встряска. Злее сделается. В иных раскладах ты там бы и остался, остывающим трупом. Потому что ты прав, обязанность наставника—
оберегать и защищать свою подопечную. Высокородная наследница острова Ильгат никак не заслужила такого вот отношения к себе, которое ты продемонстрировал.
—Ой ли, Зиндан, могло получиться, что высокородная на том берегу лишилась бы наставника.
Скорее всего, драки не предвидится. Столкновение переросло в обычный спор двух самцов на тему, кто их них круче. Я знала, что с Зинданом вольному не справится, но в жизни всегда есть место случайностям.
—Меня ты ничем обидеть не сможешь, но если хотя бы раз попытаешься разбить Лорэль сердце, то долгих разговоров я вести не стану.
—Наставник, ты опять забываешься. Ты просто обучаешь, передавая опыт и знания.
—Ты видел, как она сидела одна на корабле? Ты видел, как она напилась почти до потери разума? Ты видел, как она притащила в дом первого встречного мужика? Нет, ты ушел на свой сраный остров, наслаждаться волей. А я всё это видел и был просто в бешенстве, не в силах помочь этой девушке.
Тармат насупился, глядя неприязненно в лицо своего оппонента.
—Ты врёшь про мужика!
—Вы будете говорить только при мне!
Зиндан просто махнул рукой, отходя на несколько шагов. Он всем своим видом показывал, что продолжать разговор не намерен. И выяснять отношения ему скучно. Именно об этом свидетельствовало поведение акалубца.
— Наставник, ты прав, —подвел итог дед. —Только, сдаётся мне, тут замешано что-то сугубо личное. Именно с твоей стороны, дружище, чует моё сердце, не всё у тебя просто.
Тармат помолчал, потом развернулся ко мне лицом.
—Потом дед тебе объяснит, как трудно мне принимать решения, будучи сыном главы вольных. Лорэль, я тебя люблю. Все угоданы, игулдеи, венги, вся воля, о которой мне твердили всегда…Всё это всего лишь ничего не значащие вещи. И за эти дни я понял, что не смогу без тебя. Просто сдохну от тоски. Он вот говорит, что я сосунок, глупый, наивный, что я не могу знать про настоящую любовь. Может быть Зиндан и прав, но он должен