"Нет."
Ее пальцы глубже проникают в мои мышцы, и эндорфины, которые наполняют мое тело, заставляют меня стонать. Она опускает голову, и часть ее волос падает мне на плечо. «Я могу одолжить свои, если хочешь». Ее теплое дыхание танцует на моей щеке, и без предупреждения вся кровь в моем теле устремляется на юг.
Что за хрень!
Я вырываюсь из ее хватки, игнорируя протесты моей ноющей шеи и моего члена из-за потери ее рук. «Мне нужно вернуться к работе», — рявкаю я, отстраняясь от нее.
«Ладно», — беззаботно отвечает она, по-видимому, не смущенная моим резким тоном. «Но это хоть как-то помогло?»
Я вращаю шеей и плечами. На самом деле, это ощущается гораздо лучше, чем несколько минут назад. «Да. Спасибо».
«Ну, дай мне несколько минут в день, и я разберусь с этим. И, наверное, будет хорошей идеей перестать спать на диване…»
"Что?"
Ее щеки порозовели. «Кэт и Данте говорили, что ты часто спишь на диване. Разве не поэтому у тебя затекла шея?»
Кем они себя возомнили, обсуждая это с ней? Они знают, почему я сплю на диване. Они знают… Мои руки сжимаются в кулаки. «Где я сплю, это никого, кроме меня, не касается».
Мия вздрагивает. «Ты прав. Мне жаль. Я, э-э, я оставлю тебя в покое».
Я говорю себе, что я рад, что она наконец-то оставляет меня в покое, но если это правда, какого хрена я продолжаю украдкой поглядывать на нее каждые несколько минут? Купаясь в солнечном свете, она сидит под окном, низко опустив голову, и напевает себе под нос эту чертову песню, пока тщательно перебирает самые ценные вещи моей матери. Ее медово-светлые волосы ниспадают волнами на плечи. Она выглядит точь-в-точь как…
Как, придурок?
Прямо как луч солнца, мать его.
Глава 8
Лоренцо
Я иду по коридору в кабинет, раздраженный по причинам, которые не могу полностью объяснить. Это не мой обычный закипающий гнев, а глубокое раздражение, которое я не могу понять или исправить. Что, черт возьми, со мной не так в последнее время? Может, мне нужно кого-то избить до смерти.
Может, мне нужно сделать что-то еще… Дрожь пробегает по моему позвоночнику, а мой член дергается при воспоминании о ее руках на мне. Ее тихом голосе у моего уха. Ее дыхании на моей коже…
«Лоренцо?» Я поворачиваюсь в сторону голоса Макса и обнаруживаю, что он хмуро смотрит на меня. «Ты в порядке, compagno?»
«Да, почему спрашиваешь?»
«Ты пролетел в дюйме от меня, и мне пришлось дважды позвать тебя, прежде чем ты ответил».
Вздохнув, я пощипываю переносицу. «У меня много мыслей в голове».
«Ну, мне не хочется добавлять тебе хлопот, но Джоуи только что звонила…»
«Что на этот раз?»
«Копы в казино. Проверяют сообщения о проституции, употреблении спиртного несовершеннолетними и азартных играх. Они сейчас проводят обыск. Джоуи этим занимается, но я хотел сообщить, что я направляюсь туда. Данте отправился на встречу для заключения новых контрактов на грузоперевозки».
«С Бенетти, да?» Я качаю головой. «Я пойду с тобой».
«Ты же знаешь, что сегодня мы не можем убивать полицейских, да?» Ухмыльнувшись, он подмигивает мне.
«Надеюсь я переживу это», — говорю я, полушутя. «Кстати, они были на складе вчера вечером, разбираясь с еще одной анонимной наводкой, ты знал?»
«Да, я слышал».
«Это не совпадение, что на следующий день казино подверглось обыску».
«Нет. Но твоя сестра проводит самую жесткую и чистую проверку, которую я когда-либо видел. Они ничего не найдут».
«Но кто-то нас подставляет». И у меня такое чувство, что я точно знаю, кто это.
Я замечаю свою сестру, как только мы заходим в вестибюль нашего отеля и казино. Она управляет этой стороной бизнеса и отлично справляется. Сейчас она спорит с полицейским, и, судя по выражению лица парня, я бы сказал, что она побеждает. Джоуи — одна из самых крутых и умных людей, которых я знаю. Максу определенно есть, над чем поработать.
Повернувшись ко мне, он закатывает глаза. «Пойду поговорю с женой, пока ее не арестовали за то, что она ударила полицейского по лицу».
«Удачи тебе с этим, compagno». Сжав его плечо, я осматриваю вестибюль в поисках знакомого лица.
Я замечаю мужчину, которого ищу. Пока Макс идет обезвреживать бомбу, которой является моя сестра, я направляюсь к парню, который что-то строчит в своем блокноте возле главного стола.
Лео Романо — хороший полицейский. У нас на зарплате много тупых полицейских Чикаго, но этот человек не из их числа, поэтому я ценю его мнение больше, чем мнение большинства. Мы с ним вместе учились в старшей школе, и однажды я спас его задницу после того, как он поцеловал девушку звездного квотербека на вечеринке. Мы держимся на расстоянии, потому что живем совершенно разными жизнями, но я восхищаюсь его честностью, и он сдержанно уважает мою семью и то хорошее, что мы сделали в этом городе за эти годы.