Аборигены зашумели и заспорили. Наконец, один из них спросил:
– А если таких девушек будет несколько?
– Я выберу ту, которая мне понравится.
– Мы поговорим с нашими дочерьми и приведём тебе завтра тех, которые согласятся.
Когда они вновь остались одни, Одоранна спросила:
– Ты решила подарить мне тело?
– Да. Ты сама выберешь ту девушку, которая тебе понравится.
– Спасибо, Лорри Грасс. Я никогда не забуду того, что ты для меня сделала.
– Твои дары тоже драгоценны, а я никогда не была неблагодарной.
На следующий день к дому старика, у которого гостили пришельцы, несколько аборигенов привели своих дочерей или сестёр. Младшей было не больше двенадцати, а старшей не больше двадцати. Девушки испуганно жались к своим мужчинам, со страхом поглядывая на чужаков. Их выстроили в шеренгу, и Лорри с Одоранной осмотрели всех. Богиня шепнула, что ей нравится вторая слева. Лорри подошла к невысокой белолицей девушке с густыми каштановыми волосами и хрупкой худощавой фигурой и взяла за руку.
– Я выбираю эту. Кто её отец?
Один из аборигенов вышел вперёд и ответил, довольно улыбаясь:
– Я.
– Как зовут твою дочь?
– Арну.
– Сколько ей лет?
– В прошлом месяце исполнилось пятнадцать. Она уже совершеннолетняя. Просто, она такая маленькая и худая с рождения. Но она сильная и послушная. Она очень старательная и исполнительная.
– Ты отдаёшь её в услужение на год?
– Да.
Лорри вынула нож и отдала мужчине.
– Возьми её плату, и мы в расчете. Девушка останется со мной. Я должна обучить её моему языку и моим обычаям.
– Договорились, – кивнул абориген. – Но ты не смеешь её бить или применять иное насилие, иначе наш договор будет расторгнут.
– Договорились, – кивнула Лорри.
Мужчина, сжимая в руке драгоценное оружие, подошёл к дочери и притронулся щекой к её щеке.
– До встречи, Арну. Служи старательно и, когда ты вернёшься, я исполню любое твоё желание.
В больших тёмных глазах девушки показались слёзы. Она смотрела на отца испуганным тревожным взглядом, молча моля его не покидать её наедине с чужаками, но мужчина, попрощавшись с дочерью, поспешно повернулся и ушёл, пряча глаза. Лорри взяла девушку за руку и повела в дом.
Когда они остались втроём, Одоранна нетерпеливо произнесла:
– Мне хочется поскорее овладеть этим телом… Оно такое хорошенькое и напоминает моё старое. Думаю, в нем мне будет удобно.
– Что я должна сделать? – деловито осведомилась Лорри.
– Напугай её. Напугай так, чтобы она обезумела от страха, но не умерла от ужаса. Зачем мне мёртвое тело?
– Она может закричать и позвать на помощь своих соплеменников, – задумчиво произнесла Лорри.
– Так завяжи ей рот! – начала терять терпение Одоранна. – Ты же воин! Неужели не знаешь, как напугать человека и не дать ему при этом вопить?
– Знаю, конечно. Это так, мысли вслух… Я размышляю, как бы получше выполнить твою просьбу и не покалечить эту дикарку. Она такая хлипкая и нежная на вид…
Аборигенка, не понимая, о чём спорят чужаки, но инстинктивно чувствуя, что речь идёт о ней, со страхом смотрела на незнакомцев.
Лорри приблизилась к испуганной девушке и неожиданно схватила за горло. Та пискнула и забилась в её руках, как попавшее в силок животное. В широко распахнутых глазах отразился ужас, переходящий в панику. Лорри сжимала горло девушки с такой силой, чтобы не убить её, но и не давать нормально дышать. Задыхающаяся жертва всё сильнее впадала в панику, не в силах освободиться, и, не понимая, за что чужаки хотят её убить.
– Так хорошо? – оглянулась на Одоранну Лорри.
Одоранна приблизилась и заглянула в глаза почти теряющей сознание от недостачи воздуха и ужаса девушке. Поймав ускользающий в беспамятство взгляд, она приковала его к себе.
– Да, так хорошо… – прошептала она. – Просто отлично… Подержи ещё немножко, а когда я перейду – отпусти.
Лорри с интересом наблюдала, как Станис приблизил своё лицо к лицу аборигенки, словно собирался её поцеловать, как его гипнотический взгляд почти парализовал волю девушки, и она перестала биться в агонии, обречённо повиснув в руках женщины. Затем раб вздрогнул и едва не упал, когда из его рта, клубясь и извиваясь, выползла дымчатая струя и вползла в приоткрытый рот аборигенки. Станис всхлипнул и поспешно отступил. Глаза аборигенки закатились, сверкнув белоснежными белками. Лорри осторожно опустила бесчувственное тело на ложе. Арну, казалось, почти не дышала, и Лорри с беспокойством пощупала её пульс. Уж не перестаралась ли она? Не придушила ли окончательно? Но тут по телу аборигенки пробежала сильная судорога. Она начала биться и корчиться, словно в припадке падучей болезни. На губах запузырилась кровавая пена. Она хрипела, стонала и бормотала что-то неразборчивое. Станис, забившись в угол, с ужасом наблюдал эту омерзительную сцену. Даже Лорри забеспокоилась, не понимая, что происходить внутри Арну.