Но состояние Гарма притягивало и заставляло думать.
Да, был вялым. И дело даже не в том, что он по привычке лежал за столом, чуть не обнимая его, а в том, что на переменах он иной раз садился прямо, но двигался при этом очень… замедленно.
То же было и на практикуме. Проводя лабораторную работу со специально (теперь уже знала Демира) выделенным для него лаборантом из числа младших преподавателей, Гарм работал не только медленно, но и часто опуская руки. И глядел на стол с магическими ингредиентами так отстранённо, словно видел в этот момент что-то абсолютно иное. Лаборанту приходилось осторожно окликать его, после чего «лохматик» будто приходил в себя и продолжал действовать по плану заданной лабораторки… Странность эту его заметили и одногруппники. Некоторые из них поглядывали на Гарма с любопытством, некоторые – со страхом, как будто на полном серьёзе ждали, что он вот-вот бросится на кого-нибудь.
Даже Кристофер заметил его полусонное состояние. Выходя из кабинета для практикумов, «тип с белой косичкой» каким-то образом очутился рядом с Гармом, бредущим между своими телохранителями-охранниками, и сумел поговорить с ним о чём-то – видела Демира.
Когда Кристофер вернулся, она любопытства скрывать не стала:
- О чём вы говорили?
- Я сказал ему, что он выглядит, как засыпающая без воды рыба. И спросил, не опасно ли это для академии.
- Грубо, - оценила девушка. – Ты его обидел!
- Нисколько, - пробурчал Кристофер. – Он воспринял моё беспокойство как надо. И объяснил, что после нескольких дней дома, а значит – постоянной тишины, он просто устал от столпотворения в академии. Отвык от окружения множества людей. Демира. Сейчас лекция. Может, - замялся Кристофер, - всё-таки отсядешь от него?
- Я с ним не болтаю! – отрезала она. – Ни о чём не спрашиваю и не дёргаю по поводу и без! А если случится всё наоборот? Он за прошлую неделю привык сидеть со мной. А вдруг моё отсутствие скажется на нём негативно?
- Как называлась в вашем дружном классе опека над каким-нибудь учеником? – внезапно поинтересовался Кристофер.
- Шефство. А что? – остановившись рядом с его учебным столом, спросила она.
- А я так надеялся, что такого положения в твоём классе не существовало! – тяжело вздохнул он.
- У нас была замечательная классная руково… ой, мастер-куратор, - объяснила Демира. – Она всегда старалась сплотить всех нас и сделать так, чтобы мы все дружили и помогали друг другу. У нас в школе было больше всех классных вечеров – и тематических, и праздничных. Мы больше всех бегали на экскурсии и в театры. А если у нас был неуспевающий ученик, то помогали ему все, кто мог. Ну, про посещение заболевших я уже рассказывала.
- Оригинально, - чуть насмешливо оценил Кристофер.
- Почему оригинально-то? – удивилась Демира. – Здесь, в академии, то же самое. Разве нет? Например, ты! Ты в первый же день взял надо мной шефство, когда понял, что я здорово отстаю от группы. И ты даже начал заниматься со мной по всем домашним заданиям, объясняя мне всё непонятное. За что я тебе очень благодарна!
- Ну… - смешался явно растерянный Кристофер, а от стола с ряда напротив несдержанно фыркнул тёмно-рыжий парень, слышавший их отнюдь не тихий разговор.
- Ладно. Звонок прозвенел, - решительно сказала девушка. – Договорим на следующей перемене, если захочешь.
Садясь рядом с Гармом, она подумала: «Интересно, а Кристофер понял, что я немного слукавила? Класс-то у нас был и в самом деле самый дружный, но… Или он принял мои объяснения про Гарма за чистую монету?»
Что бы там ни было, но Кристофер, кажется, и впрямь решил назначить себя шефом над Гармом. Во всяком случае, Демира именно так восприняла его поведение, когда под конец учебного дня «тип с белой косичкой» подошёл к Гарму и объяснил, что их подгруппа после последней пары остаётся в читальном зале – для выполнения домашнего задания. Так что, если Гарм захочет, он может присоединиться к ним.
Впервые за весь учебный день Демира увидела яркое чувство на лице «лохматика», обезображенном тату: меня?! Пригласили с собой?!
Даже Кристофер проникся силой этого недоверия и подтвердил приглашение.
- Хочу! – с силой сказал Гарм и тут же обмяк и прикусил губу, глядя на кабинетную дверь, в открытый проём которой выжидательно заглядывали его охранники.