Игра один на один с собой заставила улыбнуться. Но Эля напомнила себе, что сильные и влиятельные маги не должны быть легкомысленными, и торжественно начала спускаться. Торжественности этой долго не выдержала. На последних трёх лестницах она уже скакала через одну-две ступени. «Как коза!» - смешливо оценила она себя и, ткнув в красную кнопку домофона, выскочила на подъездное крыльцо.
Гитара замолкла, а звонкие голоса радостно приветствовали её:
- Какие люди! И без охраны! Элька, садись с нами! А чего Мирка не вышла? Мы тебя что-то давно не видели! Садись к нам!
И, едва не расплакавшись от счастья, Эля втиснулась между двумя знакомыми девчонками из соседнего подъезда, годом помладше. Втиснулась счастливая, что её не только не забыли – что ей рады. И через несколько минут будто и не было никаких порталов, не было мира, в который можно пройти из собственной квартиры, забылись странные люди – маги.
И мелькала лишь махонькая толика удивления, когда поняла: после знакомства (хотя было ли оно – знакомство-то?) с Гармом все свои пацаны… такие… пацаны!
… Машину Гарм велел поставить в переулке, недалеко от поместья Дэланеев. Семь минут быстрым шагом до ворот в поместье.
На груди, поверх короткого плаща, в вечернем сумраке тяжело темнел круглый медальон. По его внешней стороне, по тонкой крышечке, «растекалось» солнцем множество медных лучей, «бьющих» из центра. Артефакт рассеивал внимание любого существа, которое могло бросить взгляд на его носителя. Внутри медальона, в футлярчике, крепился тот же узор, но уже из золотой проволоки… Взявшись за низ артефакта, Гарм повернул его горизонтально, направляя ребро на поместье. Ещё пять минут – и он узнал, где находятся живые. Лорд Дэланей тоже был в поместье, но гулял с матерью Эли по саду, где-то за домом. Гарм, если честно, побаивался только его одного – сильного видящего артефактора... Сообразив же, что в самом доме только оборотни, он даже не улыбнулся. Оборотни – не видят.
… По дороге к поместью Дэланеев он велел остановиться у ближайшей к академии лавочке, где продавали материал для артефактов любой функциональности. Дед всегда давал внуку деньги, зная, что в академии есть буфетная. Правда, он не знал, что Гарм предпочитал немного поголодать, нежели появиться среди студентов в буфетной. Под охраной. Так что выдаваемая дедом денежная мелочь потихоньку копилась. И сегодня он оторвался – как однажды смешно выразилась Демира… Купленные ингредиенты ему сложили в довольно вместительную сумку, которую он присмотрел тут же. Набрал много чего, не зная точно, что его ожидает в поместье Дэланеев.
И только это «много чего» примирило продавцов с его появлением в их лавочке: едва другие студенты или рядом живущие маги заглядывали сюда и видели двуликого (обруча под волосами не видно, но татуировка выдавала сразу), они немедленно покидали заведение. Но лавочники получили свою выручку.
Выйдя, Гарм вздохнул, что не догадался «спрятаться». Он-то понадеялся – лавочка особенно посещаема именно студентами академии, а значит – к его появлению отнесутся спокойно и продавцы, и покупатели, знавшие о студенте-полукровке. И только когда сел в машину, чуть не стукнул кулаком по подлокотнику: зацикленный на странной даже для себя самого вылазке, он не подумал, что без привычной охраны рядом с собой внешне он становится опасен в глазах окружающих… Не стукнул, но отодвинул эпизод в дальние уголки памяти. Ещё один опыт двуликого в этом мире.
… Одной из вечерних теней он переместился к крыльцу дома. Входная дверь открыта. Неудивительно – ремонт же. Под стук молотков и резкий шорох и треск каких-то других материалов Гарм переступил порог и снова вслушался. Тихо, когда не работают. И гулко. Из дальних помещений невнятным эхом – голоса.
Вызвав перед глазами образ Демиры, он проследил, как невидимая простому глазу фигурка заскользила по всем помещениям дома, постоянно возвращаясь в незаметный коридор и снова появляясь оттуда. Он подошёл к коридору и заглянул в него. Пусто. Но именно этот коридор использовался довольно часто людьми и единственным оборотнем – телохранителем Демиры. Гарм прошёл его до конца. Свернул в небольшой тупик. И улыбка смягчила его напряжённые губы. Вот он – портал.
Пока Кристофер и Терренс трудятся над построением личного портала в квартиру Демиры, считав с девушки необходимые параметры, Гарм, уверившись в своих догадках, что уже существующий портал именной, всего лишь собирался добавить своё имя в пропускную систему. Оглянувшись на живых в поместье, он подспудно сообразил: оборотни сюда не войдут, а мать девушек и лорд Дэланей дожидаются приезда Демиры. Время на изучение и изменение структуры портала есть.