Она выглядит прекрасно. Платье? "Я читал, что Карден делает тебе костюмы?" - "Карден увидел эту черную репетиционную хламиду и воскликнул: "Так и будет!" Вот я и выхожу в этом - тут рваное, тут ободрано, тут испачкано - черт-те что". В конце она появляется в репетиционном купальнике, фигура замечательная. За весь спектакль (около часа) она раза три становится на пуанты и один раз делает шене на пальцах. Больше ничего не напоминает о классическом балете. Это балет поз, рук, содержания и художественных импульсов. В общем, ни одного старого движения или отыгранных поз. Кроме игры рук все новое. Но интересное ли?
1993
13 января. Новый год встречали у Рязанова на Пахре, была Таня Запасник и Шура Ширвиндт с Татой. Ночевали в новом домике, который Элик выстроил в углу участка для сторожа, а получилось двухэтажное комфортабельнейшее шале, уютное - хоть короля принимай. А он принимал нас с Ширвиндтами.
Все газеты пишут о смерти Нуреева. Я помню, как он впервые приехал с выпускниками-вагановцами в Москву и в зале Чайковского танцевал вариацию из "Корсара". Это было гениально, пораженный зал взбесился, и он бисировал два раза, то есть станцевал три раза. Так бисирует только Плисецкая. Наш режиссер Зоя Тулубьева снимала тогда фильм "Душой исполненный полет", и я пошел со съемочной группой. А на следующий день днем были досъемки, доснимали и его. Несколько раз репетировали, он все делал в полную силу, и мы изнемогали от восторга. Съемка затянулась, все хотели жрать и бегали в буфет. Когда подошла моя очередь, я увидел Нуреева, который заглядывал за стойку - что там есть? То ли очередь большая, то ли денег не было, то ли не понравился выбор, то ли он опаздывал, но он повернулся и ушел. Я, купив две липкие плюшки, пошел с ним рядом и одну протянул ему: "Берите, не стесняйтесь, вам же еще танцевать". Он взял, сказал спасибо и широко улыбнулся. Пока мы шли, я спросил, что он еще танцует, он ответил, что готовит партию Альберта. Вот и все. Эти дурацкие липкие плюшки, после которых пришлось облизывать пальцы, запали в голову только потому, что одну из них я дал молоденькому танцору, который с первых движений запомнился на всю жизнь. Талант сразу виден. Так же с первого взгляда запомнилась мне навсегда Нонна Мордюкова на первом студенческом показе и Инна Чурикова в "Огне..." Потом, уже в Америке, я видел Нуреева в гала-концерте в "Метрополитен", он танцевал "Пьеро" на музыку Шенберга. А в театре Джофри на Бродвее я смотрел "Петрушку". Это было очень хорошо - и он, и вся труппа. И совсем недавно Майя говорила о нем в Париже, как он ужасно болен. А теперь все кончено.
8 марта. В феврале вернулись из Берлина, откуда отправляли выставку. Оттуда звонил Майе в Мюнхен, говорили о том о сем. На мой вопрос "Что у тебя происходит?" она даже не сказала, что умерла Рахиль Михайловна. Какой монстр! В Берлине смотрели "Фатальная" Луи Маля. Сильная любовная драма. И ленфильмовскую картину, где Натан продюсер - "Над темной водой" (реж. Д. Месхиев). Беспомощная ерунда. Будто бы про шестидесятников, но из картины это никак не явствует.
По приезде заклубились с Мариолиной и Аллой. Вскоре прилетел Натан и обедал у нас с Сергеем Соловьевым. Мы его вообще знали, но за столом встретились впервой, с ним интересно разговаривать. Рассказывал, что хочет на ТВ ставить "Анну Каренину", а в Малом "Дядю Ваню", очень образно и комично рассказывал об обстановке и актерах Малого.
По ТВ "Неделя высокой моды" из Парижа. Лучше всех Сен-Лоран и Диор. Красивые человеческие вещи. Но вообще понятия "модно" нет: бесчисленные кутюрье неуемной фантазией добились своего. Модно все - короткое, длинное, узкое, широкое, закрытое, голое и все цвета решительно.
24 марта. Сегодня был у Мирочки Уборевич. Она очень славная. Дала мне читать свои тюремные воспоминания. История их такова. Лиля Юрьевна уговаривала ее их написать. Мирочка все отнекивалась, говорила, что не умеет. Л.Ю. ей сказала: "А ты пиши письма - одно, второе, третье. Тебе будет легче, если ты будешь знать, что это прочтет определенный адресат". И Мирочка стала писать письма Елене Сергеевне Булгаковой и отправляла их, они любили друг друга. Потом эти письма напечатали.
О.М. БРИК:
Правда искусства в его откровенной искусственности.
О том, что видел, - врет изумительно верно.
На днях Веня Смехов подарил свою книгу "Таганка. Записки заключенного". Она интересна документализмом. Пишет он витиевато, из страницы хочется сделать абзац. Но литературно хорошо, полно метких выражений и сравнений:
С больной головы на Петра Петровича
Безбытный человек
Не способен даже сгореть от стыда
Кулуарные глупости
и т.д.
30 марта. М.В.Миронова рассказывает, что когда она служила в Харькове, то у примадонны спросили: "Что такое каскадная дива?" - "Ну, это когда артистка пулей вылетает на сцену, уся в брильянтах!"
Я написал в Америку письмо Патриции Томпсон, дочери Маяковского:
"Дорогая Элен-Патриция!
У меня к Вам есть одно дело. В Москве готовится к печати сборник воспоминаний женщин о В.В.Маяковском. Там воспоминания Марии Бурлюк, Лили Брик, Вероники Полонской, моей мамы и других. Естественно, нам хочется, чтобы там были напечатаны воспоминания Вашей матери Элли Джонс. Конечно, это будет небольшой отрывок, часть Вашей будущей книги, одна-две фотографии. Нам хотелось бы взять тот фрагмент, что был опубликован в последнем номере журнала "Эхо планеты". Он хорошо написан, искренне и дает представление об отношениях двух любящих людей. Должен Вам написать, дорогая Патриция, что этот сборник делается бесплатно всеми его участниками. Как Вы, вероятно, увидели, Россия сейчас бедна и не в состоянии оплачивать многие вещи. Составители, комментаторы, редакторы работают бесплатно, из любви к Маяковскому и желания выпустить сборник к юбилею. На гонорар рассчитывать нельзя. Я очень жду от Вас ответа. Без Вашего согласия на публикацию мы не будем действовать. Уверен, что такая вещь создаст рекламу Вашей будущей книге.
Инна и я шлем Вам и всей Вашей семье свою любовь, Роджеру, его жене и внуку.
С уважением В.Катанян
Москва 8 апреля 93".
P.S. Как я и думал, ответа никакого не последовало. Вообще, она странная женщина. Во время своего второго посещения Москвы она была в ЦГАЛИ. Узнав, что там хранятся письма ее матери Элли Джонс Маяковскому, она попросила их ей показать и перевести. На что Наталья Борисовна Волкова ей ответила: "Дорогая госпожа Томпсон, у вас есть все копии этих писем, которые в свое время вручил вам Василий Васильевич. Перевод их сейчас займет несколько часов, а вы нам сказали, что визит ваш ограничен часом и время подходит к концу. Скажите, вы их у себя в Нью-Йорке не перевели? Ведь ничего другого, кроме того, что вам дал Катанян, не существует".
"Нет, - ответила Патриция. - В Америке очень трудно найти русского переводчика". Все онемели. Мы, узнав, тоже: за два года не поинтересоваться содержанием любовных писем ее матери к отцу! И объяснить это трудностью найти русскоязычного в Америке? Ну и ну!
10 апреля. Книга "Страсти по Параджанову" остановилась на пороге типографии из-за нищеты издательства, нужны миллионы на печать, которые я безуспешно пытаюсь найти. Говорят: "Ищите спонсора!" Но я знаю только одного Чарлза СпОнсОра Чаплина... Но все же Шура Атанесян дает миллион, Натан Федоровский миллион, с мира по миллиону - бедному на книжку, но нужного набрать не могу. Невезение продолжает преследовать Сережу и после жизни.
10 мая. На всех парах приближается юбилей Маяковского, разбрызгивая вокруг сплетни и дрязги. Пошлятина плюс хлестаковщина в интервью Дувакина, просто дух захватывает от глупого хвастунишки Маяковского, каким он выглядит у него. То ли еще будет, когда опубликуют дальнейшие его записи - ведь он записывал старых маразматиков, которые с радостью врали и путали. Я отказался дать интервью в "Московский комсомолец" из-за того, что они напечатали вранье "Мозг Маяковского". Вчера там вышла подборка, неплохая, с красивой молодой Патрицией. Кстати - она приехала со своей вольницей: 25 американцев, будет что-то в ИМЛИ и в Музее. Я стараюсь держаться в стороне, мы служим Владимиру Владимировичу по-своему, без заседаний и конференций. За мою статью о Татьяне со впервые появившейся ее фотографией (в свое время подаренной мне) в "Литературке" заплатили 1200 р. Я прямо из кассы - к киоску, и денег хватило только на кило помидор - вот цена красивой женщины в наше время...