Кровь застучала в ушах, а сердце готово было вырваться из груди. Я отвернулась в надежде больше не чувствовать на себе жаждущий взгляд, желающий меня так страстно, что внизу живота завязывается тугой узел.
– Первый вариант был верным, – прошептала я. Мужчина вопросительно посмотрел на меня. – Мира. Мое имя Мира.
Он снисходительно улыбнулся и наколол яичницу на вилку. Медленно поднёс к моему рту.
– Мишель, – настаивал мужчина. – Перестань упрямиться. Ты в любом случае будешь моей. Будешь жить так, как я скажу, носить то, что нравится мне, и назвать меня так, как хочу я. Рано или поздно. Стоит ли морить себя голодом из-за упрямства, отрицая неизбежное?
Вместо ответа я приоткрыла рот для того, чтобы попробовать хотя бы маленький кусочек божественной на вид и запах яичницы, как мужчина тут же отдернул вилку. Мой недовольный взгляд встретился с его насмешливым, и я скривила губы.
– Вы купили мое тело и можете пользоваться им по своему усмотрению, но это не дает вам права даже пытаться подчинять мое сердце, – сказала я, а он продолжал смотреть на меня, вглядывался в душу, словно искал там ответ на гнетущий вопрос. Не дождавшись ответа, я продолжила: – Полагаю, мне за завтраком ловить нечего? В таком случае, я могу уйти?
– Пожалуйста, – развел он руками. Я закусила губу, потому что в глубине души надеялась, что он не настолько жесток, чтобы совсем меня не кормить, но, видимо, он тоже решил играть до последнего. Что же, сейчас я уйду, но посмотрим, кто выйдет победителем в нашей моральной дуэли.
Глава 11
Мне было страшно от одной мысли о том, что скоро вновь увижу Роберта, потому, запершись в своей комнате, я тряслась от страха, словно полевая мышь перед встречей с кровожадным котом.
Он же не будет меня трогать тут? Конечно, не будет. Хозяин не позволит… ведь так?..
Закусив губу, я поняла, что начинаю слишком хорошо думать о мужчине, который купил мою девственность и теперь не кормит потому, что я не соглашаюсь ее отдать. С одной стороны, его можно понять, но с другой… я же не видела своих денег, да и как-то это все неправильно. Не могу смириться со сложившейся ситуацией, как бы не хотелось. Мамочка, надеюсь, ты поправишься, иначе я не знаю, зачем влезла в эту грязь и как мне жить после, если с тобой случится непоправимое.
– Встреча перенесена на вечер, – хозяин сам заглянул в мою комнату, чтобы огорошить новостью. Сидя в сексуальном наряде на кровати, я тут же прикрылась, что очень позабавило мужчину.
– Не могли бы вы стучать в следующий раз, когда захотите войти? Я же могу быть не одета, – привела я, как мне показалось, железный аргумент.
– Именно поэтому стучать я и не собираюсь, – мужчина улыбнулся, словно мартовский кот, заметивший жертву. Я закатила глаза и отвернулась, сложив руки на груди.
– Это всё, что вы хотели мне сказать? – недовольно спросила я. Но злилась не на него, а исключительно на себя за, как мне казалось, слабость. Мужчина не вызывал во мне ни капельки отторжения, хотя должен был. Порой даже наоборот: когда он улыбался, я чувствовала, как сердце начинает биться чаще, вопреки здравому смыслу.
– Нет. Еще хотелось бы напомнить, что не стоит говорить со мной в таком тоне. Это последнее китайское предупреждение, – холодным тоном угрожал он, а мне, вопреки происходящему, не было страшно. Я видела истинное лицо опасности, когда Стелла вытащила меня к Роберту и его компании, и ситуация между нами с хозяином совсем на то не похожа. Я нутром чувствовала, что мужчина передо мной, хоть я и не знаю его имени, никогда не причинит мне боль, и это подкупало.
– А что будет, если… – я прервалась, чтобы исправить на нужное слово: – …Когда я снова позволю себе слишком много?
Мужчина снисходительно улыбнулся и покачал головой. Я не понимала, почему никак не могу отвести взор от светло-голубых глаз, холод которых с каждым разом становился всё теплее для моей души. Нечто странное, неизведанное зарождалось в моём сердце, чему я очень противилась, но больше ничего поделать с собой не могла.
– Накажу, – хозяин стоял в дверях и, едва бросив мне столь любопытное слово, исчез в коридоре, не дождавшись ответа. Я почувствовала себя рыбой, и в мой водоём только что закинули удочку, на крючке которой была вкусная приманка. Он что, играет со мной?
Оставшись наедине со своими мыслями, я вдруг вновь ощутила зов желудка, который очень надо было наполнить хоть чем-то. Зря я, наверное, решила повредничать в столовой. Назвала бы его хозяином, ну и что с того? Зато покушала бы… Эх, а теперь придётся искать еду самой. Где в этом доме кухня, интересно? И ведь даже у горничной не спросить – один черт знает, где ее искать. Ладно, тогда пойду на поиски сама.