– Тебя смущают косые взгляды других людей? – поинтересовался Феликс. Мы вышли из секс-шопа и направились по торговому центру дальше. Я знала, что кинотеатр находится на четвёртом этаже, а мы были пока что на втором. Феликс тянул время, как мог, словно хотел взбесить меня до белого каления. Или перевозбудить. Не знаю, что хуже.
– Да, – призналась я. Феликс засунул руку в карман. Я поняла, что сейчас произойдёт, потому прижалась к его руке и зажмурилась, чтобы как можно легче перенести новую скорость вибрации.
– Напрасно, – зевнул он и двинул рукой. Меня буквально парализовало на месте на пару секунд. Я замерла, ощущая, как внизу живота становится слишком некомфортно. Третья скорость была невыносима. Стенки влагалища дрожали так быстро, что клитор болезненно напрягся и терся о ткань белья при малейшем движении. Надо было снять чёртов наряд кролика в примерочной. Слитый чёрный купальник до сих пор сидел на мне, вроде бы и не мешая, но из-за возбуждения ткань между ног доставляла дискомфорт. Заметив мое состояние, Феликс остановился, давая возможность пережить новые ощущения, и добавил: – Тебя должно интересовать только мое мнение.
Я опустила глаза и сжала губы. От усиливавшийся вибраций становилось тяжело дышать, не говоря уже о том, чтобы нормально стоять или идти. Слишком быстро и слишком приятно. Ноги постепенно становились ватными, а мысли затуманивались, потому я больше не могла злиться на Феликса. Могла только принять правила его игры и ждать, когда он соблаговолит закончить сладостную пытку и возьмёт меня, наконец. Чёрный пакет, который мужчина нёс с собой в дальней руке, заставил меня зажмуриться, чтобы отогнать новое наваждение. Там лежали игрушки из секс-шопа. Для меня. И когда-нибудь он захочет опробовать на мне каждую…
Тряхнув головой, я постаралась собраться. Постепенно принимая усилившиеся ощущения, я выпрямилась, понимая, что все еще могу терпеть. Осталось совсем немного до кинотеатра… Боги, так это же совсем плохо! Почему я не подумала сразу, что там будет много людей, и разрядиться совершенно невозможно. Сколько же мне еще терпеть?
– Как думаешь, может, выбрать тебе еще и туфли? Косметику? – задумчиво произнёс Феликс. – У нас пока еще есть время.
Он издевался надо мной. Сколько еще магазинов мне придётся пережить? Это же невозможно с вибрацией между ног! Надо срочно что-то решать, пока я совсем не потекла и не потеряла контроль над собой!
– У меня нет сил терпеть, – призналась я, не способная посмотреть мужчине в глаза.
– Да, мне тоже не терпится посмотреть фильм, – ответил Феликс, а сам улыбнулся, так нагло, что стало понятно – он издевается. Убью его. Наверное, когда-нибудь… очень извращенным способом.
– Вы же понимаете, о чем я, – прошипела я сквозь зубы. Феликс остановился и развернулся ко мне. Мимо нас проходили люди, но я не замечала никого вокруг, кроме него. Кроме его прекрасных глаз, шрама на лбу и раздражающей до возбуждения улыбки.
– Не совсем. Будет лучше, если ты скажешь сама, что тебя беспокоит, – спокойно произнёс мужчина. Я покраснела, потому что он заставлял меня говорить постыдные вещи на людях. Не уверена, что смогла бы сказать ему подобное даже с глазу на глаз.
– Я не буду говорить пошлости в таком месте, – мой прямой взгляд должен был убедить его в стойкости моих намерений, но едва я столкнулась с холодом его голубых глаз, как утонула в них, а потому сразу же отвела взор, не в состоянии выдержать напор. Он невероятно возбуждал. Внутренняя сторона бедер стала мокрой и немного липкой, из-за чего даже малейшее движение доставляло мне неприятные ощущения и желание вытереться насухо.
– Уверена? В таком случае, если тебя ничто не беспокоит, то мы может гулять хоть до самого вечера, – прищурился мужчина. Испытывал меня, понимая, что мне плохо. Вернее, с каждой минутой становится слишком хорошо, что даже плохо. Я не выдержу и полчаса прогулки.
– Нет, погодите. Я скажу, – последние два слова прозвучали так неуверенно, что мне было трудно поверить самой себе. Тем не менее, Феликс терпеливо выжидал продолжения, и я собралась и добавила: – Меня буквально разрывает на части от похоти.
– Слишком абстрактно, ничего не понимаю, – притворялся дурачком мужчина. – Конкретизируй, будь добра.
– Вибратор доставляет мне невыносимое удовольствие, – начала я, понимая, что от этих слов начинаю течь еще сильнее. – Между ног так мокро, что я еле иду.
Последние слова я произнесла шепотом, потому что голос предательски осип. Стало невероятно стыдно, и от этого возбуждение переполнило чашу и стало выливаться крупными каплями.