Сара подозвала такси и, садясь в него, ответила:
— Это твоя затея, так что наберись терпения и дождись вечера. Время покажет.
Приехав на виллу, Сара распаковала обновки и, повесив их на вешалки, легла на кровать отдохнуть. Внезапно в голову ей пришла мысль, что ей наплевать, что скажут о ней люди, увидев ее в столь необычном наряде. Теперь, став миллионершей, она могла позволить себе поступать так, как ей вздумается, не считаясь с общественным мнением. Ведь ей уже нечего было терять и нечего опасаться! У Сары даже дрожь пробежала по коже от этого откровения. Ведь и в самом деле теперь она не боялась потерять работу и могла позволить себе говорить все, что придет ей в голову, не заботясь о том, какое она производит впечатление на окружающих. Да и в других сферах жизни она обрела полную свободу! Настроение у нее моментально наладилось. Еще лучше оно стало, когда Гай, приняв душ, вышел из ванной, дыша свежестью и здоровьем. В Саре тотчас же пробудилось сексуальное влечение к нему. Однако уже в следующий миг у нее екнуло сердце: на вечеринку они отправятся вместе, как супруги, но ведь вполне может Случиться так, что домой они вернутся поодиночке, как чужие люди. Наверняка на пикнике соберется немало доступных дам, и Гай не упустит такой случай. Он же сказал, что намерен всласть повеселиться.
Саре стало грустно, но лишь на одно мгновение, а затем ее снова осенило: там будут не только женщины, но и мужчины! Она попыталась развить эту мысль и представить, что ей удастся найти себе на этом сборище нового любовника. Однако его конкретный образ у нее упорно не складывался, вероятно, сказывался печальный опыт ее недавнего знакомства с двумя альфонсами. Слегка успокоил ее только теплый душ: его тугие струи сняли скопившиеся в ней отрицательные эмоции, и Сара сумела-таки настроиться на оптимистический лад, убедив себя в том, что после двух коктейлей все у нее пойдет как по маслу.
Такси приехало за ними в девять часов. Им даже не пришлось говорить водителю, куда нужно их отвезти: стоило лишь ему взглянуть на их вычурный наряд, как он все понял.
— Готов побиться об заклад, — воскликнул темпераментный шофер, — что вам нужно к Анджелине! Я прав или нет? Друзья зовут ее ангелом-хранителем, а враги и завистники — покровительницей гомосексуалистов. Но лишь до тех пор, пока они сами не удостоятся чести быть приглашенными на одну из ее вечеринок: после этого они начинают ее почитать, как королеву. Только не задавайте мне вопросов, ради Бога! Я в этих кругах не вращаюсь. Если бы я был в них вхож, я бы не сидел за баранкой, верно? Меня бы самого возили на такси, а может быть, и на лимузине. Но порой мне кажется, что спокойнее быть обыкновенным шофером такси. И знаете почему? Потому что я вижу, сидя за рулем, что ждет меня впереди. А некоторые красотки, которых я отвожу к Анджелине, абсолютно не представляют, в чьей постели они проснутся на другое утро и чем все эти чертовы развлечения для них обернутся — то ли сифилисом, то ли гонореей, то ли ВИЧ-инфекцией, то ли гепатитом, то ли пристрастием к наркотикам. Послушайте, вы еще не передумали ехать в этот вертеп? Если желаете, я развернусь и отвезу вас обратно домой либо в какой-нибудь нормальный бар, где можно спокойно выпить, закусить и послушать хорошую музыку. Вы производите впечатление славной супружеской пары, разве я не прав?
Сара слушала этот монолог с возрастающей тревогой, но Гая болтовня шофера только забавляла. Водитель не умолкал на протяжении всей поездки, пока они не добрались до нужной им виллы. Подъездная дорожка к ней была ярко освещена, вход в дом был украшен гирляндами электрических лампочек, на расставленных повсюду столиках горели светильники. Где-то играл оркестр, прохладный вечерний ветерок разносил музыку по всей территории виллы, со стороны пляжа то и дело доносились взрывы смеха. Рассчитавшись с шофером, который напоследок тяжело вздохнул и окинул их горестным взглядом, словно бы он даже не надеялся снова увидеть их живыми и здоровыми, Гай обнял Сару за талию и увлек ее к толпе гостей.
После захода солнца стало довольно прохладно, и Сара плотнее запахнула полы своего синего бархатного плаща, который она накинула на плечи на всякий случай, выходя из дома. Чем ближе они подходили к шумной толпе совершенно незнакомых им людей, тем сильнее скребли на сердце у Сары кошки. Кроме Карла, они здесь никого не знали, так что их вполне могли вышвырнуть вон, и тогда, не имея при себе достаточного количества наличных денег, они с Гаем могли бы оказаться в затруднительном положении. Вряд ли местный шофер такси принял бы к оплате ее золотую кредитную карточку, спрятанную во внутреннем кармане ее плаща!