– А вы мне верьте! Рано или поздно расплата приходит. Вот, к примеру, почему бизнесмены рано умирают? Никогда не задумывались? – Мужчина иронично усмехнулся, обгоняя маршрутное такси. – Настигает их справедливость, точно вам говорю! И если не затрагивает их непосредственно, отражается на детях и внуках, что ещё страшнее. Какой отец пожелает своему сыну не дожить до внуков?
Я смотрел в окно автомобиля. На мелькающие попутки, на освещённые высотные дома и магазины. По стеклу медленно сползали капельки начавшегося дождя.
– Может, вы и правы...
– А наше дело маленькое! – продолжал водитель. – Не рвать себе одно интересное место, пытаясь выхватить кусок пожирнее, а работать честно. Знаете, у меня было много возможностей купить себе шикарную машину, особняк, нажившись при этом на других людях. Но я не пошёл по этому пути. И не жалею! Да, живу не в шикарных апартаментах, а в двухкомнатной квартире, предоставленной государством, езжу не на “Мерседесе”, а на подержанной «Ладе». Но, по крайней мере, я чист перед своей совестью.
Я покачал головой.
– У многих её просто нет.
– О, вы ошибаетесь! Совесть есть у всех. Даже у самых отпетых негодяев. И случается так, что она лучше всяких тюрем и прочих наказаний исправляет человека.
Я промолчал. Конечно, мог бы привести десятки примеров против, мог бы до хрипоты доказывать, что водитель неправ и в большинстве случаев подонки почему-то живут намного лучше, нежели обычные люди, и чаще всего остаются безнаказанными. Этот печальный факт имел подтверждение самой жизнью.
Но спорить не хотелось. Я думал о Лене. И о злосчастном билете.
Почему несчастье произошло с ней, а не со мной? Злой рок, или случайная нелепая ошибка? На этот вопрос я не находил ответа.
Уже когда машина плавно подкатила к центральному входу больницы, я молча протянул водителю пятнадцать гривен.
– Возьмите! Деньги ещё никому не помешали. Учитывая наше нелёгкое время и цены на бензин…
– Да перестаньте вы совать мне эти жалкие бумажки! Думаете, без них не проживу? Лучше идите скорее к своей любимой. Она сейчас очень в вас нуждается. И берегите друг друга! Ведь любовь – это самое дорогое, что есть в жизни!
Я улыбнулся. Поблагодарил и вышёл из машины. На душе было радостно. Как всё-таки приятно встречать настоящих людей в этом мире, а не их лживые подобия! Жаль только, что таких людей осталось не так много.
Посигналив на прощание, «девятка» тронулась с места.
– Молодой человек, не проходите мимо своего счастья! Купите билетик! Я знаю, он вам сейчас очень нужен!
Я оторопело повернул голову на голос. Надо же! Рядом со входом в больницу стоял высокий паренёк в кожаной куртке и вязаной синей шапке, продавая лотерейные билеты. Перед ним располагался уже знакомый лоток из сбитых табуреток, на котором беспорядочно покоились белые бумажки.
Мужчина, как раз выходящий из больничного крыла, остановился. Подумав немного, подошёл к парню.
Я мысленно зааплодировал. Удачное место для продажи выбрали, нечего сказать! Спорю, что спрос на «сладкие пряники» велик. Здесь ходят больные, убитые горем родственники и любимые… Кто не рискнёт сыграть?! Странно, но моя злость на продавцов заметно улеглась. Не знаю, почему. Возможно, чем-то меня таки зацепила беседа с водителем. Может быть, действительно за всё в этой жизни нужно расплачиваться? И удача никогда не гуляет без своей сестры-близняшки – неудачи. Может, именно это и ходят донести до нас молодые люди, исполняющие роль распространителей билетов? Ведь если всё происходит именно так – значит, ещё есть шанс, что мир изменится к лучшему, и люди, осознав закономерность действительности, перестанут нести в мир зло. Они будут знать, что на любое их действие, жизнь им ответит тем же…
Мужчина тем временем купил билет и начал стирать защитное поле. Через миг его лицо просветлело, и как-то совсем по-детски заблестели глаза.
Любопытно, что он выиграл?! И что будет должен вскоре отдать этому выигрышу взамен?
Он прошёл к стоянке. На ходу поднёс к уху мобильный, и что-то быстро начал в него говорить. Затем щёлкнул кнопкой сигнализации и сел в ухоженный джип. Спустя минуту «Лэнд Ровер» покинул больничный дворик. Я проводил его взглядом до поворота и снова повернулся к центральному входу.